— О, Рафик пришел, — оглянувшись, радостно проговорил Гудвин и присел перед лавочкой с девушками на корточки. — Че, у него-то бабки еще есть. Можно и бухла взять. Девчонки, вы как по части бухнуть?
* * *
Дом культуры «Юность» представлял собой двухэтажное здание, вмещающее в себя кинотеатр, большую столовую для студентов, и были оборудованы залы для спортивных секций. Еще со школы Виталий с друзьями ходили сюда, так как это был самый ближайший, располагающийся в их районе кинотеатр. Здесь же, в просторном фойе Дома культуры часто проводились и дискотеки, которые ребята часто посещали тогда, когда не было дискотек в любимом кафе «Тополек», или в самой школе.
К тому же в «Юность» ходили на дискотеку в основном студенты из располагающихся тут же общежитий совхозтехникума, гидромелиоративного техникума и пединститута. Все парни были не местными, и поэтому очень гостеприимными, старались не ссориться с городскими и, по возможности, даже дружить. И на этих дискотеках местные парни чувствовали себя хозяевами.
Но одно Виталию теперь не давало покоя. Уверенно себя его друзья чувствовали только в вот такой вот атмосфере, с боящимися местных приезжими студентами. И сегодня он в этом окончательно убедился, что в серьезных стычках с бульваровскими или еще какими-нибудь парнями на них не стоит рассчитывать. Стоя в толпе танцующей молодежи вместе с Димоном, он наблюдал, как к Белоусу, Бизону и остальным его друзьям подходят эти студенты и очень почтительно здороваются. Некоторые потом подходили и к нему и тоже здоровались с ним и даже с Димоном, которого видели первый раз в жизни.
Смотря на Бизона и остальных друзей, которые вели себя уверенно и по-хозяйски расставляли круг танцующих, чтобы удобнее было двигаться самим, Виталий сморщился и прокричал на ухо Димону, стараясь перекричать громкую музыку:
— Давай выйдем на улицу!
Димон молча кивнул, и они стали пробираться к выходу, лавируя среди танцующих. Когда на лицо Виталия попадал свет цветомузыки, его узнавали танцующие студенты и почтительно здоровались.
Некоторые из них пытались прокричать: «Здорово, Виталя!» — и их почти не было слышно. Но Виталий и так понимал, что они кричат, молча кивал в ответ и пожимал протянутую руку. В этот раз он смотрел на них на всех как-то брезгливо, и так же небрежно пожимал руку, вернее даже просто протягивал свою руку, позволяя им пожать ее.
Когда они выбрались на улицу, то прошли между толпившихся кучками курящих студентов и остановились в стороне.
