Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Besa mi culo!

— Ах, Мария…

— Диего! — она зарычала. — Называй меня Диего!

— Посмотрим на твоё поведение, — хмыкнул Киж. — Хорошее отношение ты должна заслужить.

— Закончили препираться, — я прервал их любезную беседу. — Поехали, время не ждёт.

Через четверть часа два наших дормеза выкатились на дорогу и двинулись в сторону Москвы. В первом ехали мы с Таней, а во втором Диего с Кижом.

— Костя, ты уверен, что Диего не выдаст нас инквизиции? Она ведь уже пыталась убить тебя.

— Уверен, — я усмехнулся.

— Во-первых, инквизиторы поднятого мертвеца сначала сожгут на костре и только после этого будут слушать. А во-вторых, у меня есть гарантии верности нашей испанки.

Я не стал говорить Тане, что с первого же момента заметил на Диего печать Хозяйки: эфирный ошейник, охватывающий шею. Сложный полуразумный конструкт, следящий за мыслями. Стоит ей даже задумать дурное, и он вырвет душу из мёртвого тела. И что самое забавное — Диего даже не подозревала о его существовании, со смертью утеряв Талант и способность чувствовать магию.

* * *В Москве мы остановились переночевать в моём особняке. Спешка спешкой, но спать приятнее на нормальной постели, а не на узком сиденье дормеза. Таня со мной была полностью согласна, тем более что ночь мы провели вместе.

Эпидемия в Первопрестольной практически закончилась. Ещё оставались по лечебницам больные, но новых случаев заражения не происходило. Даже кордоны на выезде из города были сняты, и жизнь в Москве возвращалась в прежнее русло.

— Константин Платонович, разрешите, мы с Диего покинем вас до утра? — спросил Киж, едва мы с Таней вышли из экипажа. — Решим вопрос с одеждой для неё и немного прогуляемся.

Уж не знаю, что там произошло между ними во время поездки, но ругаться они перестали. Испанка больше не смотрела на него волком, а из голоса пропала злость. Он же прекратил её дразнить и подначивать.

— Хорошо, можете быть свободны.

Взяв двуколку, мёртвая парочка укатила по своим делам.

А мы с Таней съездили в гости к Орлову, поужинали с ним, а затем провели чудесный вечер вдвоём.

Уж не знаю, где Киж нашёл ночью портного, но утром Диего щеголяла в привычной для неё мужской одежде, причём пошитой даже с некоторым шиком. Вместе с костюмом она обзавелась шпагой и «громобоями» в кобурах на поясе."

"Один из дормезов мы оставили в московской усадьбе. Киж и Диего попросились ехать дальше верхом, и я поддержал их желание.