Name: Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II
Author: Жоубао Бучи Жоу

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

11], а скорее старая дружба[116.12], только и всего!

Слова его звучали довольно двусмысленно, не говоря уже о тоне, каким они были произнесены. Чу Ваньнин не сказал ни слова. Хотя со стороны весь его облик выражал безразличие, но чуть прищуренные глаза, неодобрительно поджатые губы и нахмуренные брови выдавали его истинные чувства. Полжизни проработавший в борделе Жун Цзю давно научился улавливать мельчайшие изменения мимики людей. Читая по чистому лицу Чу Ваньнина, как по открытой книге, разве мог он не заметить обуревающие его чувства?

В своем сердце он был по-настоящему поражен.

Уж кому, как не ему было знать, что от природы Мо Жань довольно любвеобильный и дерзкий настолько, чтобы с легкостью мог бросить вызов всему миру, возжелав собственного учителя. Но кто мог предположить, что и этот праведник[116.13] совсем не собирался отвергать Мо Жаня, так что эти отношения точно нельзя было назвать эгоистичной[116.14] неразделенной любовью[116.15].

… Этот Пик Сышэн настоящая клоака.

Даже в такой критической ситуации Жун Цзю не мог не сокрушаться по поводу того, что казалось даже такому развратному человеку как он, не только омерзительным, но и удивительным.

Парное совершенствование двух мужчин в мире людей не было чем-то необычным, но все же не поддерживалось обществом. Если бы достоянием общественности стала новость о том, что молодой господин Пика Сышэн Мо Вэйюй вместо обучения у своего наставника предается с ним разврату, глава ордена Сюэ Чжэнъюн от стыда боялся бы показаться на глаза порядочным людям.

"Жун Цзю поднял свои обворожительные персиковые глаза и, глядя снизу вверх, внимательно изучил Чу Ваньнина. Он уже собрался открыть рот, чтобы еще больше подлить масла в огонь, но тот опередил его:

— Мертвые уже мертвы, о какой старой дружбе может идти речь? Не стоит ворошить прошлое.

— Господин даос, вы же сами меня спросили о наших отношениях? – рассмеялся Жун Цзю. — А я просто сказал вам правду.

— Вас кто-то спрашивал? – холодно отрезал Чу Ваньнин.

— С самого начала я разговаривал только с ним.

Про кого шла речь было понятно без слов по тону и по темным искрам, промелькнувшим в глазах Учителя, когда он так четко и безапелляционно провел разграничительную линию между Мо Жанем и Жун Цзю, чтобы впредь ни у кого из них даже мысли не возникло о продолжении «старой дружбы». Слушая, как Чу Ваньнин отчитывает его, Мо Жань почувствовал, как в груди его вспыхнул огонь, а сердце распирает от сильных чувств.