Сердце дракона. Том 15 читать онлайн

Иначе раньше, учитывая все опасности и тревоги Безымянного Мира, попросту невозможно было выжить. Только полагаясь на семью, племя, впоследствии — страну.

Так что изменщик, будь то муж или жена, могли быть казнены на месте. Как те, кто совершил преступление против всего племени, дав собой пример того, что надежное плечо рядом не так уж и важно.

Опасный пример.

Лживый для мира, где, по отдельности, сильный пожирает слабого.

Но все это касалось людей.

Гевестус же был, все же, на половину зверем. Пусть и разумным.

Уклад жизни племен разумных зверей во многом оставался… звериным. Моногамия была им, разумеется, не чужда, но только отдельным видам. Видам, к которым драконы не относились.

Для их самцов являлось нормальным, когда они, обзаведясь женой, продолжали разносить свое семя по миру. Но в обратную сторону это правило не работало.

Так что когда отец нынешнего Императора взял в семью молодую драконицу — свою жену, то сделал её едва ли не своей собственностью. Да, звучит не очень лице приятно, но таков уклад.

Взял ли он её силой, по праву какому или еще иначе — не важно. Что было сделано перед ликом Великого Предка — все равно, что высечено в камне.

И, разумеется, как жена вождя племени, она получила технику Пути Среди Облаков, а, в последствии, и технику Пути Среди Звезд.

Вот только…

— Отец убил её, как только та родила меня, — Гевестус рассказывал об этом со спокойным, не выражающим ни единой эмоции лицом. И только в его глазах читалась давно потухшая, позабытая боль. — в наказание, за проступок, за связь не просто с другим мужчиной, а… человеком — она никогда меня не видела.

Нас разлучили сразу после родов.

Проклятье…

Может Император наказывал и неверную жену, но, в итоге, пострадал один из его сыновей."

"— По укладу, нечистая кровь не может разделить правящий род на две ветви, так что, этот факт, наверное, позволил моему папаше — некоронованному Императору, пощадить меня и отдать в руки семье бродячего торговца, — Гевестус вновь отпил из пиалы, а потом поставил её рядом с собой и вновь устремил взгляд куда-то вдаль.

Вдаль своего прошлого. — Они любили меня как родного. Простые люди. Он торговал купленными у ремесленников поделками, а она… ждала его вечерами у окна. Готовила вкусные ужины. Вышивала. Но не продажу — отдавала тем, кому нужнее. Поэтому у нас на столе всегда было молоко и хлеб, даже когда отцу не удавалось продать ничего из купленного у ремесленников.

Отец… Гевестус произнес это совершенно иначе, нежели “мой папаша”.