Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Сзади надрывается профессор,

— Напротив моста! Они за мостом! — орёт он, — Прием! Третья группа за мостом! Нас подбили!

Срываю второй огнетушитель и направляю туда же, огонь уходит, но полностью ещё не потух, мешает ветер. Но он же выдувает дым из кабины. Под нами лес, вот-вот зацепим деревья. Оба «пилота» оттягивают неминуемое падение — у Леонида от напряжения вздулись вены на лбу, дед страшно кривится от натуги. Но самолет держится, ещё немного и лес закончится. Дальше река, и почти сразу за ней кладбище.

Всё же срезав несколько макушек мы вырываемся на открытое пространство, река остаётся позади, самолёт окончательно теряет высоту, и «прошлёпав» по корявой земле, застывает.

Огня нет, но мотор ещё дымится, шумно вышибив дверь, выскакиваю наружу. На кокпите и по всему брюху рваные дыры, удивительно что никого даже не ранило. Дымит справа, не знаю что там находится, но это и не критично, если сразу не взорвалось, сейчас уже не взорвется. Выстреливаю остатки порошка, и с удовольствием отмечаю что дым почти пропадает.

Следом появляется дядя Саша так же с огнетушителем, их у нас шесть штук, можно не экономить. Отстегивает кожух, и полностью засыпает мотор порошком.

Спускается Леонид, профессор с Василичем ещё в салоне, пытаются «дозвониться» до штаба.

— Валить надо. — обессилено опускаясь на траву, бормочет он. — Не хорошо сели...

В село путь закрыт, там бандиты, до спрятанной машины мы не дойдем — это километров десять, остается только кладбище, оно близко, метров пятьсот.

Дядя Саша недовольно зыркает, но никак не комментирует, ему явно нехорошо, такое впечатление что он как-то позеленел даже.

— Связи нет. Глушилку разбило. — появляется Василич. — Профессор говорит не починить.

— Кого не починить? Станцию?

— Глушилку. Со станцией непонятно пока.

— Валить надо. — Повторяет Леонид, поднимаясь на ноги. — Гости могут нагрянуть."

"Никто не спорит, быстро собираем оружие, профессор цепляет на спину радиостанцию, дядя Саша берёт батареи, и мы гуськом выдвигаемся в сторону кладбища.

Леониду плохо и он отстаёт, приходится нам с Василичем брать его «на буксир», удивляюсь какой же он тяжелый. Идём не особо быстро, но когда в стороне села начинается какое-то движение, мы оказываемся уже за кладбищенской оградой. Крестов и памятников здесь множество, — станице двести лет, так что если хорошенько спрятаться, до утра вполне можно пересидеть. Как минимум оставить профессора и Леонида.