Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Что-то медленно ты в них летел, – пробурчала я.

– Да дебил я, говорил же, – чмокнул меня в висок Стас, – верил во всю ту срань господню, что говорила про тебя Рябова, а сам даже разобраться во всем этом замесе не пытался. Как баран, честное слово. И ведь всего пару слов надо было сказать, чтобы спасти нас, но я этого не сделал. И сам свое счастье едва не просрал. Если бы не ты, Арин!

– П-ф-ф, да что там я, – фыркнула недоуменно.

– Ты – девочка! Тебе можно обижаться и губы дуть. А мне вот это все категорически запрещено.

Потому что я мужик и должен отстаивать нас всегда, даже когда делать это архисложно. И верить обязан в себя и тебя железобетонно, кто бы там что ни сказал и какие интриги не плел. А я что сделал? Оба раза спасовал как слабак…

– Стас, – прикоснулась пальцами к его щеке, а потом попыталась разгладить складочку, что залегла у него между бровями.

– Прости меня, Арина. Мне стыдно за себя. За беготню всю эту, за слабость свою и бесхребетность. За то, что предпочел сбежать, а не бороться за свою мечту.

Хрен знает, как ты нашла в себе силы простить мне всю эту дичь, но я тебе обещаю, что больше вот это все дерьмо не повторится.

– Я тебе верю, – прошептала я и прикоснулась губами к его губам, – верю, Стас. Потому что все люди совершают ошибки. Но настоящий слабак тот, кто думает, что он всегда прав, на проколах не учится и за свои проступки извиняться не умеет. А ты не слабак, не говори так. Не надо…

– Святая ты, Аришка, что ли? – улыбнулся он мне и поцеловал в ладошку.

Но я только покачала головой, пытаясь справиться с бурей чувств, что атаковала меня со всех сторон.

Нежность, облегчение, радость, счастье…любовь!

– Жесть, малышка, – вдруг встрепенулся Гордеев, – время восьмой час вечера, а я до сих пор тебе подарки не подарил.

– Главный подарил, – прикрыла я глаза, пока он целовал мои веки.

И млела от восторга!

– Сейчас принесу, – уж было сорвался с места Стас, но я его остановила.

– Доешь сначала, пожалуйста, пока все не остыло.

И парень послушно сел за стол, а потом торопливо начал вкидывать в себя горячее и салат, пока я не рассмеялась этой его заоблачной скорости.

– Что? Я хочу скорее вручить тебе презенты! – дурашливо покачал головой и соскоблил с тарелки последние кусочки жареной картошечки."

"А через несколько мгновений коробка с огромным бантом стояла на столе передо мной. Потянула за ленту и картон раскрылся, являя мне изящную сумочку ручной работы из крокодиловой кожи.