Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Затем я сдвинула две пары на полдюйма влево. — Для этого мне нужно было бы что-то переосмыслить. А я этого не делаю.

— О, но это так, — сказал он со своего места на кровати. — Поговори со мной.

Я не потрудилась ответить ему. Услышав его вздох, я сосредоточилась на своей задаче.

Может быть, если они повернутся лицом к стене…

— Каталина, — позвал Аарон.

И то, как он это сказал, заставило меня обернуться и посмотреть ему в лицо.

— Иди сюда, — он похлопал рукой по кровати.

Нахмурив брови, я послала ему взгляд.

— Посиди со мной немного, а потом можешь вернуться к тому, чтобы довести эти туфли до совершенства, — сказал он мне со вздохом. — Всего на несколько минут, — затем он снова положил ладонь на одеяло. Когда я ничего не сказала и не пошевелилась, он добавил очень тихо, как будто это разбило бы ему сердце, если бы я не дала ему одну вещь: — Пожалуйста.

Это «пожалуйста», это чертово «пожалуйста» и то, как он это сказал, заставило меня вытянуть ноги вперед.

"Прежде чем я поняла, что делаю, моя задница оказалась на кровати, прямо рядом с его бедром. Я знала, о чем он хотел поговорить. Тот коктейль эмоций, воспоминаний и вопросов, которые медленно собирались в моей голове. Тот, который я принесла обратно в квартиру, и я знала, что если я хотя бы открою рот, он лопнет и выльется прямо из меня. Но это означало полное доверие Аарону. Рассказывая ему о той части моего прошлого, в которой я не находила никакой радости возвращаться.

Дать ему ключ, который поможет ему лучше понять — узнать — меня. И хотела ли я это сделать? Могла ли я сделать это, не желая уткнуться головой ему в грудь и искать в нем утешения?

— Я не хочу утомлять тебя мелодраматизмом моей жизни, Аарон, — вздохнул я, и я не шутила. Чего я ему не сказала, так это того, что за всем этим скрывался только страх. — Тебе не нужно беспокоиться…

Одним плавным движением Аарон поднял меня и поместил между своих раздвинутых ног. Еще один вздох сорвался с моих приоткрытых губ, но этот не имел ничего общего с усталостью или тем, что назревало в моей голове.

— Все, что тебя беспокоит, имеет для меня значение, и я хочу услышать об этом, — сказал он со своего места позади меня. — В тебе нет ничего скучного или неинтересного для меня — никогда. Понимаешь?

Я почувствовала, что киваю и, возможно, тоже тихо бормочу — Да. Мое сердце слишком громко стучало в ушах, чтобы я могла это понять.