Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я действительно кончала, пока Айзек слушал в соседней комнате, присылая мне грязные сообщения, о которых я всегда мечтала?

Мне всегда было интересно, грязный ли у него рот в такой момент, и теперь нет нужды сомневаться в этом. У Айзека Бэнкса самый грязный рот, который я когда-либо слышала… или читала.

И мне это чертовски понравилось.

Только теперь, когда алкоголь больше не струится по моим венам, а клетки моего мозга, кажется, пробуждаются от вызванного алкоголем тумана, прошлая ночь внезапно перестала казаться такой захватывающей, как раньше.

Это не что иное, как холодное, жесткое сожаление."

"Почему я позволила этому случиться? Я должна была прекратить это в ту же секунду, как пришло его первое сообщение, но я хотела его так чертовски долго, что не могла вынести мысли о том, что не доведу это до конца. Теперь я каким-то образом должна встать с постели, принять душ и встретиться с ним лицом к лицу, точно зная, что творится у него в голове.

Я облажалась.

Как, черт возьми, я прошла путь от практически ухода в женский монастырь до двух безумно сексуальных ночей подряд? Вот каково это — наконец обрести сексуальную свободу? Или это просто то, что другие любят называть безумием? Конечно, переписка с лучшим другом моего брата, пока я кончала — это тот самый бред, за который меня должны были посадить.

Откинув одеяло, я испускаю стон, не уверенная, издала я его от унижения из-за предстоящей встречи с Айзеком или от убийственного похмелья, которое пронзает мой череп.

Схватив повседневную одежду и косметичку, я тащусь по коридору, стараясь ступать как можно тише. Дверь в спальню Айзека все еще закрыта. Последнее, что мне нужно, это разбудить его и столкнуться с унижением из-за того, что я сделала так рано утром. Мне нужна по крайней мере двойная порция кофе, прежде чем я буду в состоянии смотреть правде в глаза.

Я спешу принять душ, пытаясь смыть с себя остатки пролитых вчера вечером напитков, а затем делаю все возможное, чтобы выглядеть хоть немного человеком.

Высушившись, я натягиваю пару свободных брюк и укороченную майку, а затем занимаюсь волосами. Я роюсь в своей косметичке и замазываю темные круги под глазами после двух почти бессонных ночей подряд, прежде чем, наконец, оглядываю себя и решаю, что это самое лучшее, что может быть. Это, конечно, не самый мой смелый или захватывающий дух образ, но сойдет и так.