Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

«пещеры Единства душ», Линси 灵犀洞 (Língxī) — в пер. с кит. «чудесный рог носорога».

[15] Добиться превосходного результата при минимальных усилиях — в оригинале чэнъюй 事半功倍 (shìbàn gōngbèi) — в пер. с кит. «дела ― вполовину, успеха ― вдвое», обр. также в знач. «высокоэффективный, окупающийся с лихвой».

Глава 9. Глава пика Байчжань

Тропа уводила в глубины пещер Линси. Миновав бесчисленное множество [2] поворотов, Шэнь Цинцю погрузился в совсем иной мир [3]. В пещеры не проникал ни единый луч лунного света, ни единого дуновения ветерка, зато там царили покой и приятная прохлада.

Камень белый, словно облако, бирюзовый, будто оперение зимородка, образовывал множество больших и малых удивительной красоты лож из камня. В центре пещеры пруд кристальной зеленоватой воды отражал этот неземной пейзаж подобно зеркалу.

Единственным недостатком можно было счесть то, что затворяющиеся здесь явно не уделяли достаточного внимания сохранению этого места общественного пользования: стены сплошь испещряли отметины и сколы как от лезвия меча, так и от его ци, а также сливающиеся друг с другом пятна потемневшей от времени крови.

То была лишь одна из множества пещер, но, хоть она несколько напоминала сцену зверского убийства, Шэнь Цинцю, которого это место полностью устраивало, не собирался искать другое. Опустившись на каменное ложе, он предался совершенствованию духа и тела согласно заученным наизусть древним канонам.

Однако, похоже, все божества этого мира [4] объединились в намерении помешать ему честным образом грести свои баллы притворства: спустя некоторое время его медитация была прервана какими-то странными звуками.

Тяжёлое дыхание.

Тяжёлое дыхание человека, изнемогающего от боли.

В то же время этот человек излучал сумасшедшей силы волны духовной энергии.

Хорошо же. Шэнь Цинцю понимал, что происходит.

Пещеры Линси так велики — само собой, Шэнь Цинцю не был единственным, кто удалялся сюда.

Вот только мало того, что он был не один — его товарищ по совершенствованию ещё и умудрился слететь с катушек, вступив в критическую стадию искажения ци [5].

«Я! Лишь! Хотел! Совершенствоваться! В! Уединении! И! Немного! Прокачать! Свои! Боевые! Навыки! Только! И! Всего! И что же, мне и этого сделать не дадут? И! Этого! Не! Дадут!» — неистовствовал про себя мужчина.