Только услышала я совсем не то, что ожидала. Я показала ей фотографии, думая, что Фиона скажет: да, Маргерита ди Сан Пиньели – наша с тобой сестра. Я была уверена в этом, но ошиблась.
Услышав такое, Винни радостно улыбнулась и с торжеством посмотрела на сестру.
– Я говорила, что ты не права. И зря чернишь память об отце и маме.
– Я лишь хотела услышать правду, – тихо проговорила Валери, – какой бы она ни была. И вот что я узнала. Женщина, которая вышла замуж за итальянского графа и оставила драгоценности на хранение в банке – твоя сестра.
Но не моя. Она – моя мать, – с нежностью сказала Валери, чувствуя слезы на глазах. – Маргерита забеременела в семнадцать лет от парня, которого полюбила. Они хотели пожениться, но родители им не разрешили. Твои отец с матерью отослали ее в приют и сказали, что ей следует отдать ребенка на усыновление. Они и слышать не хотели ни о чем другом, ведь в то время родить без мужа было страшным скандалом.
Винни смотрела на нее, широко открыв глаза. В ее взгляде был страх, слова сестры явно стали для нее шоком.
Но она молчала, и Валери подумала: а что, если Винни все это время догадывалась, как обстоят дела на самом деле? Но тут она могла только гадать."
"– Все случилось в ноябре сорок первого, – продолжила Валери. – Две недели спустя японцы атаковали Перл-Харбор, и парня, который был моим отцом, забрали в армию. Он попал на войну и скоро погиб. После этого моя мама заявила, что никому меня не отдаст. Тогда отец с матерью – твои, а не мои, – снова подчеркнула Валери, – уехали в деревню и притворились, будто ждут ребенка.
В Нью-Йорк они вернулись в сентябре и привезли меня, сказав всем, что я их дочь. Они заставили Маргериту отдать им ребенка, а через какое-то время вообще выгнали из дома и, невзирая на войну, посадили на корабль, который плыл в Европу. Она могла погибнуть, но им было на это наплевать. Маргерита высадилась в Лиссабоне, а потом уехала в Лондон. Да, они забрали меня у матери, хотя я была для них ненавистным воспоминанием о ее позоре. Через год после того, как она уехала, они сказали, что Маргерита умерла.
Так я навсегда лишилась мамы, а они – своей дочери. Это навсегда разбило ее сердце. Слава богу, в Лондоне Маргерита встретила человека, который полюбил ее по-настоящему. Фиона сказала, она пыталась вернуть меня, но мои дед и бабка боролись с ней всеми возможными способами, угрожали скандалом, и Маргерита в итоге сдалась. У нее больше не было детей, а у меня – мамы, которая бы любила меня по-настоящему.
