Наследие аристократки читать онлайн

Из-за этого к ней вернулись все несчастливые воспоминания детства: то, как родители отвергали ее, не хотели – или не могли – дать ей свою любовь. Валери хотела узнать, почему они так себя вели, и ответ крылся в фотографиях девочки, в которой Валери видела себя в детстве.

– Таким способом ты ничего не узнаешь, – холодно возразила Винни. – Ты унижаешь наших родителей и тревожишь покой погибшей сестры. Женщина, которая вышла замуж за итальянского графа, никак с нами не связана, и это факт, как бы сильно ты ни хотела заполучить ее деньги.

– Нет! – воскликнула Валери. Ее глаза сияли. – Это я. Можешь сколько угодно мне возражать, но это мои фотографии, и я хочу знать, как они там оказались.

– Мертвая женщина ничего не расскажет. Она унесла свою тайну в могилу. Но я не верю, что твоя графиня – наша сестра, – подчеркнула Винни. – Сестра умерла семьдесят три года назад. Оставь ее память в покое.

Ее слова прозвучали как пощечина. Валери не стала задерживаться и ушла через несколько минут, сухо попрощавшись с сестрой.

Вернувшись домой, Валери расплакалась, а потом вновь принялась рассматривать фотографии девочки. Винни могла сколько угодно отрицать это, но Валери была уверена: ребенок на снимке – она сама.

Внезапно Валери вспомнила про одного человека, который мог бы пролить свет на прошлое. Это была ее няня, ирландка по имени Фиона. Она пришла в семью Пирсон восемнадцатилетней девушкой, когда Винни было два года, и проработала целых двенадцать лет. Валери очень любила няню и переживала, когда та уехала. Сейчас Фионе было уже девяносто четыре, и она находилась в доме престарелых. Но разум у нее оставался ясным. Последний раз Валери виделась с ней почти двадцать лет назад, но они переписывались.

"Валери поискала открытку среди документов, но не нашла. Потом перерыла всю тумбочку с бумагами и письмами, но результат тоже был нулевым. В итоге Валери нашла открытку в два часа ночи в одном из ящиков комода для белья. Об этом месте она вспомнила в самый последний момент. Почерк на рождественской открытке был довольно твердым, и мысли Фиона выражала четко.