Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Этот безупречный наклон головы, волосы с красноватым отблеском, упавшие на лоб…

Хоть сейчас его в кино снимай — от фанаток потом отбоя не будет!

— Я пришла поговорить.

Видимо, что-то в моем тоне его задело, или насторожило и Грэм поднял взгляд на меня.

Изучающий, жесткий взгляд, под которым мне стало очень неуютно.

Его глаза были серыми, как сталь. А еще такими же острыми и холодными. Готовыми разрубить меня напополам."

"— Нет, Виола. Ты пришла не говорить. Ты пришла просить денег на очередные косметии.

Обнаружила, что твой грандариум пуст, и прибежала. Только попробуй сказать мне, что я не прав.

Муж расслабленно откинулся в кресле.

Грэму удалось сбить меня с толку — ведь я действительно пришла просить денег. Это было такое мерзкое чувство, что мне захотелось просто развернуться и уйти.

Но такой роскоши в своем печальном положении я не могла себе позволить.

— Я хочу стереть все эти руны и вернуться к своему первоначальному облику, — стараясь казаться спокойной, сказала я.

— Думаю, это и в твоих интересах тоже, раз ты так ратуешь за естественность.

— Первоначальный облик? — переспросил Грэм. — А каким он был, твой первоначальный облик, Виола? Я даже уже не помню. И сомневаюсь, что помнишь ты.

— Зато хорошо помнишь морду моей мачехи, которая развлекает тебя в постели! — выпалила я.

Хотела спокойно с ним поговорить, привести разумные доводы, но в его присутствии у меня просто руки чешутся — так сильно хочется кинуться на Грэма Фрейзера с кулаками.

— Ревнуешь, слабоумная? Как же жалко это выглядит.

— Ревновать такого придурка, как ты — себя не уважать! Мне просто противно находиться с вами в одном доме!

— Тебя никто не держит, милая. Проваливай на все четыре стороны. Только сначала роди мне ребенка, — осклабился Грэм.

Я нахмурилась, чувствуя всю безвыходность ситуации.

Неужели без ребенка никак нельзя расторгнуть этот ненавистный брак?!

Дурацкий капитан Шатопер загнал меня в ловушку!

Чтобы обрести свободу, нужно сделать то, что мне запрещают моральные принципы!

— Только конченый мерзавец может рассматривать ребенка, как средство достижения своей цели.

Я никогда на это не пойду!

— А что, если я скажу, что ты ошибаешься?

Грэм неожиданно поднялся из-за стола и подошел ко мне. Я сжалась, памятуя, что он хотел сделать со мной в прошлый раз. Но с места не сдвинулась.

Он дракон, наполовину зверь. Если покажу свою слабость — вцепится и порвет.