Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Однако леди Хоторн продолжала сидеть на месте, молча и совершенно неподвижно, и только по ее щекам можно было догадаться о бушующей у нее в душе буре — они порозовели, потом побледнели, потом снова порозовели.

Наконец она прерывисто вздохнула и вздернула подбородок.

— Если я соглашусь, — пробормотала она, — то каковы будут ваши условия?

Глава 2

Рейф моргнул и едва не потерял равновесие. Бедро его чуть не соскочило со стола, но в последнюю долю секунды он все-таки сумел удержаться.

«Она и вправду сказала то, что я услышал? Нет, — тут же заверил он себя, — мне это просто показалось».

— Мои условия? — медленно протянул он, выжидая.

Вместо того чтобы метнуть в него негодующий взгляд, она переплела пальцы, уставилась на свои колени и шепнула:

— Да. Чего вы хотите? — Ее щеки тут же заполыхали, как жаркое июльское солнце. — То есть я знаю, чего вы хотите, но когда вы… где вы… Будет ли это только один раз? Боже, но вы же не хотите этого прямо сейчас, да?

И тут же его охватило дикое, неукротимое желание, а мужское достоинство сделалось твердым.

Перед глазами возникли пылкие постельные сцены. На какой-то миг он представил себе, как хватает Джулианну из кресла и укладывает на свой письменный стол. Сначала целует ее до беспамятства (мысли подернулись чувственным туманом), потом задирает на ней юбки и…

Сообразив, что лучше сесть попрочнее до того, как он окончательно дойдет до животного состояния и кинется на нее, Рейф осторожно выпрямился и попятился к своему надежному креслу.

Усевшись в него, он воспользовался передышкой и взял себя в руки. Сказать, что он удивился, значило ничего не сказать, особенно если учесть, что он был не тем человеком, который часто позволяет застать себя врасплох.

«Она что, в самом деле готова принять мое наглое предложение?»

Уж этого он никак не ожидал. Он предполагал, что его развязные речи перепугают ее и заставят немедленно уйти, как случилось бы с любой обычной женщиной.

Ну, начать с того, что обычная женщина просто не явилась бы к нему домой и не стала бы так храбро просить за своего брата. Джулианна Хоторн, вне всякого сомнения, не была похожа на других, и при этом леди от кончиков своих наманикюренных пальцев до кончиков изящных пальчиков на ногах. И, как истинная леди, просто обязана была плюнуть ему в лицо, не задумавшись ни на секунду.

Она должна была оскорбиться.