Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Дело можно сразу закрывать, никаких подробностей даже выискивать не надо.

Зачем тогда он куда-то меня везет?

Холодею, только сейчас понимая, почему внизу дома было так тихо. Это он! Он не только того ужасного Кобру обезвредил, но и остальных! Ведь иначе наверняка была бы пальба какая-то, драка! Один, или пусть даже вдвоем, они же пятерых самых настоящих громил уложили! И без всякого шума! Ни за что не поверю, что они не сопротивлялись! Да те громилы одним кулаком, кажется, могли весь тот дом разнести! Причем, - каждый из них!

Что же он за человек такой, жуткий, страшный? Сумевший с такими справится?

И – что я для него? Да на один щелчок ему моя жизнь!

И все же…

Господи, как же не хочется умирать!

Обливаюсь холодным потом, и все же решаю ослушаться.

В конце концов, - ну что я теряю, а? Так и так уже, кажется, пропала!

– Послушайте! – зажмуриваюсь, вжимаясь в спинку сидения еще сильнее, прям до ломоты в спине. Руки стискиваю так, что белеют пальцы.

Но… На меня никто не бросается, не рычит, и даже его рука не обхватывает мое горло снова своей железной хваткой.

Он даже не поворачивается ко мне, так и продолжает спокойно сидеть, будто изваяние. Будто и не он сейчас со своим сообщником шестерых человек уложил, пусть они даже и последние подонки."

"-– Я никому о вас ничего не расскажу! Правда! Всем, чем угодно поклясться могу! Наоборот, я вам благодарна за то, что избавили меня от… От… - захлебываюсь словами, чувствуя, как все-таки начинают жаром по лицу струиться слезы.

– Мы заблудились.

Просто заблудились. А он… Он меня силой в ту комнату затащил, и изнасиловал бы, если б вы не появились! Вы… Вы спасли меня! Да я всю жизнь вам за это благодарна буду! И никогда! Никому! Ничего о вас не расскажу! А если спросят, если дознание какое-то будет, то скажу, что ничего не знаю!

Мамочки! Скрещиваю пальцы на удачу! Пожалуйста! Пожалуйста, пусть он меня услышит! В конце концов, ну не такой же он, как тот ужасный Кобра! Он же все-таки человек!

И… Главное сейчас, чтобы он не догадался еще, что я поняла, кто он, что узнала!

– Я ведь и не знаю, кто вы такие, - продолжаю с отчаянной надеждой, ободренная тем, что оба молчат.

Не затыкают меня, а, значит, все-таки готовы выслушать! – Я никаким образом не могу вас выдать! И не хочу! Вы, можно сказать, доброе дело сделали! Избавили мир от такого урода!

Все. Я выдохлась. Мне больше нечего сказать. Наоборот, лучше сейчас действительно заткнуться, а то наговорю еще чего-то лишнего.