Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В ней указывается, что… — Клим Пантелеевич вынул записную книжку и прочёл: — «любой из членов братства, не погасивший свой долг перед другим членом братства, в случае смерти, не может быть предан земле, пока его долг не будет погашен его родственниками, друзьями или потомками. Это правило сохраняется и в случае смерти займодавца». И вот теперь пора вернуться к краже долговой расписки из дома Черноголовых. Как я уже сказал, займодавцем по ней был старейшина гильдии Хермен Бартелс, а заёмщиком, как вы понимаете Герт Витте, родившийся в 1526 году.

На момент гибели ему было всего тридцать четыре. И к 11 сентября 1560 года он не расплатился со старейшиной гильдии Херменом Бартелсом, погибшим в том же бою. Тело займодавца предано земле, а останки Герта Витте покоятся в склепе, который считается заброшенным. Но на самом деле — это не так. За ним ухаживает потомок усопшего.

Частный сыщик положил руку на кафедру и, обратившись к присутствующим, проронил:

— Он сейчас среди вас. И всё бы ничего, если бы этот потомок лишь заботился о состоянии склепа своего предка, а не отправил в могилу три души.

— Господин Ардашев, хватит! Сколько можно испытывать наше терпение! — взмолился инспектор. — Назовите имя преступника!

— Хорошо, — кивнул Клим Пантелеевич — это кантор Арво Витте. Я встретил его на кладбище перед убийством органиста.

По трём рядам пронёсся гул негодования, поднявшийся к готическим сводами храма. Стало так тихо, что было слышно, как у алтаря потрескивает горящий фитиль свечи.

Кантор сидел не шевелясь, точно прибитый к скамье. Инспектор сорвался с места, протиснулся к хористу и крикнул:

— Снимай обувь!

Арво Витте не шелохнулся.

— Ты что оглох? — взвизгнул полицейский и, обернувшись к помощнику, приказал: — Надеть на него наручники! Быстро!

Похожий на злого зверька помощник пробрался к кантору и застегнул на его запястьях стальные «браслеты». Но хорист никак не реагировал на происходящее. Он смотрел куда-то вдаль, точно находясь под действием морфия.

— Сними с него башмаки! — велел Саар помощнику, и тот немедля исполнил команду.

— Ага! Вот он! Вот! — потрясая ботинком, радостно прокричал полицейский начальник. — На правом каблуке дырка. И в ней видна вторая часть расколотого дубового гвоздя! Corpus delicti!

Хорист молчал. Присутствующие встали со своих мест, удивлённо взирая, на происходящее.

— А где алтарь? Куда ты дел золотой алтарь! — склонившись над ухом подозреваемого, прокричал полицейский.