Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Точка!»

Дик слетел по трапу, но невольно вынужден был прервать свой стремительный бег. Прямо перед его носом вынырнула спина Альдо Усиса, который, выкрикивая непонятные угрозы, скрылся за поворотом с очередной партией огнетушителей.

Тронувшийся на огнетушителях, техник-смотритель еще на бегу пустил в дело один из своих фетишей. Так и несся он, выбрасывая пузырящуюся мыльную пену. После него на пустынной в этот предвечерний час палубе осталась большая продолговатая лужа.

46Дик остановился перед этой лужей, в которой уже плавился закат, обдумывая наиболее подходящие пути для ее форсирования.

Звонко щелкнул дверной замок, и на палубе появилась Мимуаза.

Пена в луже Альдо Усиса печально вздохнула и опала. Предусмотренный для беспрепятственного стока наклон палубы погнал жидкость к широкому желобу.

Мимуаза вышла из отсека, в котором находились каюты высокого начальства «Святой Марии». Ее щеки розовели, мокрые глаза сияли. Она радостно размахивала заветной сумочкой, шаг ее был решителен и целеустремлен.

Подойдя к оставленной Альдо Усисом луже, она остановилась и увидела на другом берегу своего Дика Рибейру. Кладоискатель прижимал к сердцу заветную банку с зернами бонц.

— Дик! — Миму рванулась вперед.

Ах, эта ужасная, скользкая, точно намыленная поверхность! Шлеп! Мимуаза довольно некрасиво растянулась на животе, сумка выскользнула из ее рук и заскользила по направлению к Дику.

— Долли! — Дик бросился на помощь.

Ах, эта безобразная, льдистая, лишенная намека на трение плоскость! Рибейра упал, больно ударившись о палубу коленками и локтями.

А драгоценная банка вырвалась из рук и полетела к донье Долорес Марии ди Мимуазе.

Удивительная трагичная симметрия была в этом падении.

На одном берегу лужи барменша безуспешно цеплялась за скользкую палубу и нетерпеливо дрыгала пухлыми ножками, на другом — бессильно распластался кладоискатель.

С одной стороны лужи, на уровне палубы, — огромные темные глаза Миму, ее черные удивленно расширившиеся зрачки. Это было смешно и чертовски обидно.

С другой стороны, на уровне палубы, — оскаленные зубы Дика. И как раз посередине лужи заветная сумочка медленно подъезжала к заветной банке. Встретившись, эти предметы взаимно погасили наступательную скорость и прекратили свое движение относительно палубы, подтвердив тем самым релятивистский принцип Галилея.

— Ложись на спину, потом садись! Иначе мы не встанем, — посоветовал уставший от проклятий Дик.

Они попытались перевернуться. Маневр удался.