Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— сказал он новому следователю. — Хороший человек, а не понимает, что я ей счастья не принесу.

— Почему?

— Ну, тут наше дело, — отрезал Ряднов и своих отношений с Петровой не касался.

* * *Прежде чем решить судьбу Ряднова, его дело «обговорили» все, кто был к нему так или иначе причастен, и пришли к выводу, что действия Ряднова все-таки были не умышленными. Прокурор говорил:

— Во всей железной цепи наших построений есть один изъян: Андреев был убит выстрелом в бок. Если предположить, что он действительно увидел кого-то в окне рядновского дома и поэтому, решив уйти, повернулся, то версия приобретает смысл.

Но вся беда в том, что следственный эксперимент показал: различить на таком расстоянии, кто смотрит в окно — мужчина или женщина, — трудно. Тем более, что в то время суток, когда стрелял Ряднов, стекла отсвечивали. Все это неопровержимые данные для защиты. И она, конечно, не преминет воспользоваться ими. Тогда наша квалификация преступления окажется несостоятельной.

Доводы были доказательны, и Петр Иванович Ивонин объяснил возможное поведение Андреева перед смертью более убедительно:

— Вполне вероятно, что Андреев увидел Ряднова, остановился в сосняке, чтобы не встретиться с ним, а потом, поразмыслив, решил уйти, чтобы встретиться с Анной Ивановной Рядновой позже, под покровом, так сказать, ночи, в большей безопасности и для нее, и для себя.

И тут был произведен этот случайный и нелепый выстрел.

Такой вариант тоже был возможен, и с Ивониным согласились.

Однако сам Петр Иванович профессионально честно оговорился:

— Несмотря на это, я должен сказать, что собранные нами по делу улики, логика событий подсказывают, что умышленное убийство не исключено. Оно лишь не доказано. И не доказано как раз из-за обилия второстепенных улик, прямых и косвенных. Преступник либо чрезвычайно умный, расчетливый и холодный человек — а этого впечатления он не производит, — либо действительно невезучий бедолага.

— Что, впрочем, не освобождает его от ответственности.

— Конечно... Хотя я снова обязан сказать: обстоятельства дела таковы, что, даже квалифицируя преступление как убийство по неосторожности, мы делаем это все-таки не с абсолютно чистой совестью. Вполне вероятно, что всплывут какие-либо обстоятельства. Надо подключить уголовный розыск. А то они успокоились, поверив нашей версии. Кстати, я должен вполне самокритично сознаться, что в свое время не успел довести до конца дело братьев Андреевых.