Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сейчас преподаватели Жирновского учебного центра, все в Камышине. Спят урывками. Как-никак, а нас трое, лекции читаем по очереди. В день набегает по 8-10 часов лекций.

212 преподавателей, 540 охранников и обслуживающего персонала. Добавьте сюда 11 тысяч учеников. Всю эту ораву мы одеваем и кормим за свой счёт. Пока, государство не выделяет нам не копейки, но это временно. Думаю, пробьем и этот вопрос. Частично стрясём средства с церкви. Патриарх Адриан, очень обеспокоился таким положением дел. Паства без поводыря! Частично с Петра I.

Кому нужны чиновники, ученые, врачи? Вот и плати. Ну а мы будем добавлять на пряники. Кстати вопрос с трудоустройством, отставных военных и людей, получивших инвалидность в армии, тоже не последнее дело. Пока вопрос ещё не решён, но одобрен самой матушкой Натальей Кирилловной и патриархом. Да и оба царя вроде не против. Просто никому не хочется возиться. Придётся нам. Это готовые управляющие в деревни и сёла, чиновники мелкого ранга. Только подучить маленько грамоте.

Закруглившись с делами в Камышине, 10 ноября убыл в Москву.

Недавно пущенная телеграфная линия приносила из столицы, противоречивые сведения. На днях выпал снег и стоял небольшой морозец. Ехал почти без остановок, меняя постоянно кучеров и лошадей. 21 ноября въехал в Москву. Только разместился на отдых в доме Харитона, как прибыл посыльный от Петра I, который приглашал меня, вечером, во дворец Натальи Кирилловны. Вот с кем не очень хотелось общаться, так это с ней. Женщина, да ещё умная, наделённая властью, это что-то.

Мужчина рационален и сентиментален, женщина живёт эмоциями и одновременно расчётлива. Часто совершает поступки противоречащие логике, просто из эмоциональных побуждений, но делает это расчётливо и даже цинично. Вот этого я и боялся в матери царей Петра I и Ивана V. Она могла отвергнуть любую хорошую идею во благо России и её семьи, только из-за того, что Вы не отвесили ей комплимент. В тоже время защищала воров и предателей, только из-за того, что те умели «строить глазки». Но делать было нечего, выслушал доклад Матвея, курирующего всю нашу тайную деятельность в Москве.

Потом привел себя в порядок и поехал к Наталье Кирилловне.

Всё было не так плохо, как я думал. Меня ожидал не долгий вечер с придворными сплетнями, а деловой разговор. Перед совещанием я успел переговорить с Шейном, на интересующий меня вопрос. От него зависело, в каком русле вести разговор с матерью Петра I. Вопрос касался Нарышкина Льва Кирилловича, брата Натальи Кирилловны.