А остальное опустит, сказав, что не сработавшие экспериментальные приёмы исключительно за его счёт.
Думаете, Мартенс с таким подходом живёт впроголодь, ходит в рубище и затыкает дыры в доме ветошью? Ха! Он очень хороший целитель. И очень дорогой. Его я тоже как-то вытащила из застенок Инквизиции, куда он попал по доносу от менее удачливых коллег по ремеслу. Мы как-то с Ларсом даже обсуждали, что большинство моих друзей так или иначе пострадали от инквизиторов. Причём ""по странному"" стечению обстоятельств период совпал со временем, когда Майер-старший занимал пост Верховного инквизитора.
Но тем не менее, уже сейчас, имея возможность абсолютно спокойно дав волю всем своим эмоциям, понимаю, что отношения с теми же Мартенсом, Рэндаллом, Гарольдом, Маркусом, Вив и многими другими основываются отнюдь не на чувствах благодарности или долга с их стороны. И это открытие как-то внезапно сильно ошарашило. После избавления от Найрета многие вещи, кажущиеся совершенно банальными и естественными для других людей, стали раскрываться и оцениваться совершенно иначе.
А ещё меня начали мучать кошмары. Более яркие и подробные, чем раньше. И, если бы не Родерик, который тут же прижимал меня к себе и успокаивал, наверное, сошла бы с ума. После возвращения из Горного края его отстранили от работы, но, к счастью, не лишили должности. Это было связано и с инцидентом с его дядей, причём признали его действия самообороной и правомочными мерами, принятыми действующим инквитором, и из-за меня. Точнее, дружескими отношениями со мной.
В тот момент, когда Рэндалл и Маркус по моей просьбе страховали Родерика, чтобы он дров не наломал, был подписан приказ о моей поимке в связи с убийством Альбианны Мортен-Хасс-Ликкер. И ""загорать"" бы мне на допросах, если бы единственный свидетель не явился лично в Инквизицию и не настоял на ментальном вмешательстве в свою память для подтверждения своих письменных показаний. Когда я узнала, что Гарольд пошёл на это, будучи еле живым и способным передвигаться лишь при поддержке Адель, держали меня уже впятером, чтобы я не потащилась в Верховную Инквизицию и не разнесла её в мелкую пыль.
Следователи же видели, в каком он состоянии! Такое сканирование могло запросто убить сыщика. Но он выжил. А расследование в отношении Родерика носило больше формальный характер. Подозреваю, что его двухмесячное отстранение имело такой срок после того, как, пообщавшись с Мартенсом, Рэндалл шепнул пару слов Верховному инквизитору.
