Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я всегда это делаю. Это супер! У нас там полоса препятствий, походы и много чего еще. А плаванием я стараюсь заниматься до обеда… это на случай, если ты захочешь увидеть меня в плавках. – Он улыбается обаятельной волчьей улыбкой, и я чувствую жар в спине и ногах, приливающий к пальцам ног.

– О’кей.

– И давай мы с тобой пообщаемся – только мы, – когда у нас будет на то время. – Глядя на меня, он прикусывает нижнюю губу, будто нервничает.

– Ага, – умудряюсь пропищать я.

– Клево. До скорого. – Я смотрю, как он уходит, и мое сердце поднимается и опускается в такт его шагам.

– До скорого, – говорю я, когда он уже не может меня слышать, и направляюсь к своему домику.

Там играет музыка. Винтажный ду-уоп без слов. И я вспоминаю действительно старую танцевальную музыку, под которую танцующие вертят бедрами, согнув руки. И, оказывается, это помню не только я, потому что несколько моих соседей танцуют сейчас именно так.

– Рэнди, – обращается ко мне Марк, вожатый нашего домика. – так мило с твоей стороны присоединиться к нам.

– Дал.

– Верно, прошу прощения. Как я уже всем сказал, этим летом мы ставим мюзикл «Пока, пташка», и для того, чтобы вы прочувствовали атмосферу ретро, в домике будет играть только музыка пятидесятых и шестидесятых годов. Предлагаю тебе потанцевать с нами. – Он показывает на ребят, синхронно покачивающих бедрами и запрокидывающих головы. – Так ты лучше вслушаешься в нее.

– Она вдохновляет меня! – говорит Кристал, еще одна вожатая домика и к тому же хореограф у Марка.

У нее вьющиеся светлые волосы до плеч, и она всегда носит свободного покроя юбки и блузки в деревенском стиле. А сейчас она танцует, но не под музыку, а, насколько я могу судить, под какую-то мелодию, звучащую у нее в голове.

– Хорошо. – Моя нога уже притоптывает, мне хочется присоединиться к ребятам. Хочется танцевать с ними. Делаю шаг вперед. Хадсон у себя в домике. Он меня не увидит.

Я уже танцую. Вращение, руки вверх, запрокидывание головы.

Шаги взад-вперед. Это так хорошо. Весь год я добивался того, чтобы мои движения стали совершенно обычными, неуклюжими, грубыми. На память приходили размахивающие передними лапами обезьяны. И теперь так здорово вспомнить о своей былой элегантности. Двигаться ритмично. Стать самим собой.

Марк выключает магнитофон и хлопает в ладоши.

– Ладно, – говорит он. – Новичков среди вас нет, и нам нет нужды знакомиться. Давайте сразу перейдем к расписанию.