Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он сам мне сегодня сказал.

— И тут ты был прав, братан. Извини за всё. Подставил я тебя и Дашу, и Симону тоже.

— Проехали, Толик. Я сам вписался. Надо было башкой немного думать. И зря мы девчонок привлекли.

— Это да. И как теперь мы всё Симоне объясним?

— Скажем, что я обо всём договорился. Типа — заключил соглашение. И прощайся с ней сегодня хорошенько.

— Тимур, а у меня ключи остались от тётиного дома Симоны. Может, тебе пригодятся?

— Это где старуха напротив подглядывает? Надо будет с Симоной поговорить. Завтра в гости иду к генералу, с Дашей мириться будем.

А вдруг, в самом деле, понадобятся?

— Тимур, только свет не включайте. Полиция быстро приедет.

— Не учи учёного, гражданин шпион.

Друзья успокоились, допили пива и пошли сдаваться… А что им ещё оставалось?

Тимур с Толиком скинули первый мандраж пивом, немного прогулялись, а затем призадумались. Как всё пройдёт? Комитет не обманет? Где будет сегодня ночевать гражданин СССР, находящийся нелегально в ГДР? И как всё это объяснить Симоне?

Вопросы накапливались по мере приближения к дому учительницы русского языка.

Вначале друзья решили говорить правду и только правду. Уже около дома Тимур поделился с коллегой своими сомнениями по поводу правдивого разговора:

— Толян, если мы сейчас расскажем Симоне всё, как было на самом деле, её просто кондратий хватит. Она же немка! Одно дело русской всё рассказать, Даше например; и другое дело законопослушной фройлян. Симона не так всё поймёт. Надо что-то придумать.

Нелегал задумался. Вопрос серьёзный.

Не каждый день идёшь сдаваться с повинной в комитет госбезопасности. В голове начальника стрельбища возникла новая версия событий:

— Товарищ гвардии прапорщик Тоцкий, будем говорить немецкой гражданке правду и только правду. А правда будет такая — Толик, ты не бывший начальник вещевого склада, а секретный агент КГБ СССР, выполняющий в ГДР особое задание партии и правительства.

— Да ну нах, Тимур! — возмутился вещевик. — И ты думаешь, Симона поверит?

— Толик, ей так будет легче поверить.

Помнишь, у меня Ангелика была? Так вот мы как-то раз здорово поссорились только после того, как я труды Маркса и Ленина отстойными назвал. С этого и пошло-поехало… А потом Дарья появилась. — Кантемиров задумался и продолжил: — Братан, для немцев, и особенно для немок, главное, чтобы был «Орднунг». А у тебя, Толик, на самом деле получается ни хрена не «Орднунг», а совсем наоборот — контрабанда и незаконное пересечение государственных границ.

— Хрень какая-та.