Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Тогда один «Манхэттен» для моего пасынка.

Услышав это, она просияла, одарив Ксандера еще одним лучезарным взглядом.

— Поняла. Сейчас же принесу вам напитки.

Я смотрела, как она удаляется, энергично покачивая бедрами.

— Почему ты сказала это? – спросил он.

— Что? – Я перевела на него взгляд и положила салфетку на колени. — Ты не хотел «Манхэттен»?

— Ты назвала меня своим пасынком.

— Да. – Я озадаченно моргнула. — Потому что это так.

— Джордан, – сказал он. — Ты не заметила нашу официантку?

— Она довольно симпатичная, – дипломатично ответила я.

— Тебе следует взять у нее номер.

— Она думала, что мы вместе.

— Что?

— Ну, очевидно, больше нет, – раздраженно пробормотал он.

— Вау. – Я вспомнила перемену в её поведении. — Ну, это лестно, я полагаю, хотя пума7 никогда не была в списке карьер, который я обсуждала со своим консультантом по профориентации, – добавила я с содроганием.

— Ты не старая.

— Я достаточно старая, – сказала я вслух, прежде чем уловила свой мрачный тон.

— Ты ведь знаешь, что каждый мужчина рассматривает тебя с тех пор, как мы приехали? – Его глаза потемнели.

— Наш мудак-администратор пялиться не переставая.

Я оглядела ресторан. Пара мужчин тут и там встретилась со мной взглядом. Смущенные тем, что их застали за разглядыванием, они вернулись к своим блюдам.

— По-моему, они смотрят на звездного спортсмена среди нас.

— Нет, – прошипел он, что показалось мне странно забавным. — Только на тебя.

Он пробормотал себе под нос что-то еще, что звучало ужасно похоже на «Я должен преподать им всем урок».

Я рассмеялась.

— Ты уверен, что не льстишь мне для того, чтобы я заплатила за обед? Потому что я все равно собиралась это сделать.

— Я уже заплатил.

— Что? – Мои глаза расширились. — Когда?

— Я дал администратору свою кредитку и сказал, что он может получить пятьдесят процентов чаевых, если будет держать людей подальше от нашего стола. – Он мрачно добавил: — Наверное, следовало уточнить, что это касается и персонала.

— Я должна была угощать тебя, – запротестовала я.

Подошла официантка с нашими напитками. Я заметила, что плодоножка вишни в его «Манхэттене» была скручена в довольно грубое подобие сердца. Забавляясь, я наблюдала, как он с презрением выдергивает ее из напитка и кладет на подставку, а лицо официантки опускается. Она ушла, расстроенная.

— Это было довольно грубо. – Я откинула несколько золотых прядей с плеча. — Она милая девушка.

— Мне не нравятся милые.