Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он бросил ее на пол и затоптал огонь.

— Это ж надо так разозлиться! — восхитился Эсфер.

Дракон только плечами повел. Он ненавидел, когда эмоции выходили из-под контроля. Это мешало думать. В таком состоянии он действовал спонтанно и много о чем потом жалел.

Рухнув в кресло, Эйрих прикрыл глаза. Ему стоило больших трудов уйти из двора-колодца. Кто бы подумал, что будет так сложно повернуться спиной к княжне! Но и наблюдать за ее страданиями выше его сил. И все же первое, что он сделал, попросил Шар показать девушку.

"Эсфер послушно выполнил просьбу. Он сегодня был на удивление покладист. Эйрих слишком хорошо его знал, чтобы понимать: Шар молчит не просто так. Ему, скорее всего, есть, что сказать, но Эйриху это не понравится.

— Осуждаешь меня? — спросил он устало.

— Это твоя узница, — туманно ответил Эсфер. — Тебе решать, что с ней делать.

— Но она тебе симпатична, и ты ей сочувствуешь.

— Ты не можешь запретить мне эмоции.

Разговор зашел в тупик, и Эйрих переключился на картинку. До рези в глазах он вглядывался в княжну.

Губы девушки кривились от боли, нежная кожа покраснела от жара, пальцы покрыли волдыри ожогов.

Ей просто надо было взять свои слова обратно! Сущий пустяк. Не так уж много он требовал.

Эйрих сжал зубы так, что они заскрипели. Сопротивление княжны сводило его с ума. Как с ней общаться? Каждая попытка поговорить по-хорошему оканчивалась провалом. Девушка упрямилась, он срывался, а потом ненавидел себя. Но, несмотря на злость, он испытывал к ней, страдающей за свои убеждение, что-то сродни уважению.

Кто бы подумал, что она не испугается наказания.

Он вспомнил, как бойко она защищала княжича. Сколько страсти было в ее словах и глазах, с каким придыханием она говорила о нем. Слышать имя Дариуса из ее уст — мука. Она словно вогнала нож Эйриху в грудь и провернула.

Он так до конца и не понял, за что наказал княжну. За то, что ей плевать на погибших, или за то, что она любит Дариуса? Сорвался он точно от второго.

Но когда она стояла там — в клетке, напуганная, одинокая, Эйрих едва сдерживался, чтобы не броситься ей на помощь.

Ее слезы были для него худшей пыткой. Наблюдение за ее мучениями не принесло ему ничего кроме страданий. Это открытие поразило его.

Именно сейчас, глядя на княжну в клетке, он вдруг понял, что натворил. Наказал девушку за верность семье. Наверное, она права, он в самом деле монстр.

Прикрыв глаза, он откинулся на спинку кресла. Для сосредоточения надо отрешиться от всего. Магии у него немного.