Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Первый: избавиться от нее, раз она все равно не нужна. Это будет нелегко. Возможно, даже больно. Но пройдет время, и девушка сотрется из памяти, а Эйрих обретет покой.

Второй вариант более гуманный, но и более сложный: завоевать княжну. Сделать все, чтобы склонить ее на свою сторону. Тогда в споре с князем за то же приданое она встанет на сторону Эйриха. Это займет какое-то время и не факт, что дело выгорит, но девушка будет жить.

Пожалуй, он даст княжне шанс. Но как и чем ее заинтересовать? Он в состоянии предложить ей многое, но вот беда — ей ничего не нужно.

По крайней мере, от него. Она улыбается всем и каждому, даже кормилице, которая ее ненавидит и не скрывает этого, но только не ему.

Может, ей понравится его княжество? Люди привыкли судить его по первому впечатлению, а, между тем, в огненных землях много чудес, о которых они и не слышали. Эти земли есть за что полюбить.

Да, Эйрих кивнул своим мыслям, так он и поступит: познакомит княжну с огненными землями. Это прогулка обязательно придется ей по вкусу.

Ну, а если нет, всегда есть первый вариант. К нему никогда не поздно вернуться.

Княжна, почувствовав чужой взгляд, заметалась по кровати, чем прервала его размышления. Ее юбка задралась, оголяя стройные ноги. Эйрих потянулся за покрывалом, да так и замер, нависая над девушкой.

Это было какое-то наваждение. Он не мог оторваться от нее. Ее запах кружил голову, вид открытых щиколоток сводил с ума. Она была близкой, доступной и беззащитной, и вместе с тем недосягаемой.

Он протянул руку и легонько погладил девушку по щеке. Она доверчиво прижалась к его ладони. Эйрих сжал зубы, борясь с желанием запустить пальцы в тугие локоны. Сладкая, невыносимая мука. Изощренное издевательство над собой. Ему не стоило задерживаться в спальне княжны, но что уж теперь…

В этой битве он проиграл. Не устоял перед соблазном. Наклонившись, он коснулся губ девушки. Таких сладких, таких мягких и податливых. Губ, о которых он думал с той самой минуты, когда впервые увидел ее в главном зале.

Они созданы для поцелуев. Для его поцелуев.

Девушка застонала, а затем прошептала одно-единственное слово — Дариус — и Эйриха буквально отбросило назад. Ярость полыхнула в нем заревом. Он целует ее, а она зовет другого. За это можно убить!

Он как никогда был близок к тому, чтобы отобрать жизнь просто так, без причины. Но в последний момент передумал. Рано. Касильда должна жить и быть его. Он еще не наигрался со своей новой куклой.