Юноша остановился, пожал плечами и, не оборачиваясь, что-то бросил на языке четэри. В то же время Боргоф, свесившись со стола, окончательно растерявшего ритуальный вид, ехидно прокурлыкал черному четэри:
– Ур-р-р-агур-р-р-р-р?"
"Тот вздрогнул, отшатнувшись, и… поклонился чудовищу. При этом безумном обмене мой похититель потерял правый глаз. Но изначально выходец из Безмирья метил на другое. Жестокая насмешка, проникновенный голос и синее пламя его очей остались в моей памяти, как сделанная на камне насечка.
Что он говорил своей жертве? Я не знаю. Но слова сочились ядом, а рот кривился от язвительной ухмылки. Если бы демону не пришло на ум посоветоваться с лениво развалившимся рядом Боргофом, мужчина, платя за небольшую коробочку, которую для него вытащили прямо из воздуха, остался бы без своего мужского достоинства. Того самого, ниже пояса. Однако благосклонно настроенная тварь, вероятно, разубедила своего товарища, произнеся всего пару рокочущих «ур-р-р-агур-ров».
И обсуждаемая жертва лишилась глаза, так же, как и ее серый собрат. На кой ляд этому зверю в человеческой шкуре нужны были части чужих тел, я так и не смогла придумать. Забирая, он отправлял их в пустоту так же легко, как доставал оттуда заказанные «подарки».
Получив ответ демона, трое крылатых, не сговариваясь, двинулись прочь с места мучений. Тот, который полностью лишился руки, чуть пошатывался, зажимая ладонью открытую рану. На мгновение мне почудилось, что и вторая его конечность – ненастоящая.
Слишком гибкая, слишком… не знаю даже. Она напоминала искусный протез, но разобрать это под слоем мерцающих лат было сложно, и я откинула неожиданно мелькнувшую в голове мысль в сторону. Какое мне дело до этих рогатых мазохистов? Они знали, на что шли. Иначе бы не расставались так спокойно с кусками своей плоти. А еще они притащили сюда нас. А вот за это я бы и сама сейчас что-нибудь им с удовольствием оторвала! Но, вопреки моим желаниям, покалеченная троица дружно перешагнула через каменную черту и… застыла по ту сторону площадки.
Словно кто-то нажал стоп-кадр, заморозив их время. А может, это не их, а наше время текло как-то иначе? То, которое властвовало в пределах треугольника. Я бы обязательно поломала голову над этой задачкой, но жуткий крик вернул меня к действительности.
«Что ж, вот и до нас дошла очередь, – уныло подумала я.
