Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

«Газель» сейчас ехала в узком каньоне: с одной стороны эта зеленая стенка (за ней дома, за ними скалы), с другой — узкая бурная река и тоже скалы.

— Думали, что Транскам будет шуметь днем и ночью, — объяснил Миша.

— Тут серебро и цинк добывали, — сказал водитель. — Тут шахтеры были. Денег было много, людей было много. А теперь — э-эх…

Да, подумал Миша, тут всего «было много». Если закрыть глаза, можно представить, как это выглядело… Транскам не гудит, конечно, но довольно оживлен. То и дело притормаживают автобусы — мимо поселка транзитом идут экскурсии.

На улицах много молодежи, это студенты-практиканты. Лица у студентов очень разные, попадаются даже черные. Местные бабушки от негров шарахаются. Много детей. И, конечно, сами шахтеры — высшая каста, сильные и гордые люди с огромной по советским меркам зарплатой. Красивые новые дома. В магазине на полках загляденье — спецснабжение по высшей категории. Жизнь такая, о какой в русской советской глубинке и мечтать нельзя. Это все здесь было… А потом месторождение исчерпалось — и кирдык… Миша открыл глаза.

Шумная раскаленная «Газель», палящая жара за бортом, извилистая дорога, голые скалы вокруг. С гор исчезли не только редкие кустики, теперь время от времени пропадала даже трава. Вместо зеленого ковра с яркими пятнами цветов — суровый обнаженный камень.

— Отсюда дорога становится лавиноопасной, — сказал он ресёрчеру.

Подумал и на всякий случай добавил:

— Зимой.

— Э-э! — водитель криво усмехнулся. — Летом тоже камни падают.

— Ты мне людей не пугай, — сказал Миша строго.

— Зимой на неделю закрывают, на две закрывают, а летом только камни падают! — поправился водитель. — Красивая дорога, да?

— Красивая, — согласился Миша.

— У вас таких нет, — гордо сообщил водитель.

Пройти российскую таможню и пограничный контроль — занятие долгое, муторное, а по такой погоде еще и потное. Зато границу Республики Южная Осетия они проскочили, едва заметив, с веселым свистом. В открытые окна машины снова дунул ветерок, настроение резко поднялось.

От границы до северного портала Рокского тоннеля было метров двести, ну, двести пятьдесят. Над его черным зевом красовалась перетяжка с надписью: «Добро пожаловать на древнюю землю Алан!»: Миша только поднял глаза, чтобы все это прочитать, и тут…

ХРЯСЬ!!!"

"После такого удара в переднюю подвеску некоторые машины гибнут на месте, но «Газель» выдержала.

— Это они нарочно, что ли? — донеслось с заднего сиденья. — Чтобы каждый сразу понял — приехали?..