Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

И генеральный, в общем, ориентировался правильно.

— А давай, — решил Миша.

Он перевернулся на другой бок и сказал:

— Это больше не повторится, честное слово.

— Что не повторится? — Лена протянула руку и погладила его по щеке. — Я же не против. Если ты не будешь иногда уезжать, то в Москве закиснешь, я ведь вижу…

— Спасибо… Я про телефон. Выключу этот проклятый звонок. Оставлю «вибру», пускай дрыгается под подушкой, чтобы тебя не будил.

— А если позвонят по важному делу?

— Я проснусь, не волнуйся. Если дело и правда важное — достучатся.

Вот как вернусь из Цхинвала — первым делом выключу… Правда ничего, что я еду? Почти месяц…

— Поезжай — и возвращайся, — сказала Лена. — Вернешься — нам с тобой надо будет как следует поговорить. Обо всем.

Глядела она ласково, по-доброму, вроде беспокоиться не о чем, но Миша серьезные разговоры откладывать не любил.

— Давай сейчас.

— Не-а.

— Ты меня пугаешь.

— Ну, отлично, бойся!

— Мне нельзя бояться. У меня впереди кавказское гостеприимство, армейский идиотизм и телевизионный бардак — много и сразу.

Они терпеть не могут трусливых и едят их на завтрак. Если я приеду заранее напуганный, они это почуют, набросятся со всех сторон и растерзают меня.

— Тогда не бойся, — сказала Лена. — Поезжай и не думай ни о чем. Нет, не так. Думай о том, что у тебя в тылу все надежно. Понял? Веришь?

— Верю.

Он потянулся ее поцеловать — и все куда-то исчезло: жаркая Москва, шибко деловой генеральный, далекий Цхинвал, четвертая военная база, на которой заждались танки-хуянки…

— Пока тебя не будет — может, обои тут переклею… — успела сказать Лена.

Это просто праздник какой-то, успел подумать он.

Часть II

НИКОГДА НЕ ГОВОРИ «НИКОГДА»

Республика Южная Осетия, июнь 2009 г.

Глава 1

И НЕБЕСА ПАДУТ

Сцена 2.4.

Горный пейзаж.

Нат.

Пиротехника: взрывы, стрельба.

Они вышли из самолета в Беслане и сразу надели темные очки. Солнце шпарило вовсю, было почти тридцать градусов в тени. После московской духоты местная жара показалась терпимой: воздух горячий, но все-таки им можно дышать.

Так Миша думал вплоть до момента, пока они с ресёрчером и директором не сели в «Газель». Через пять минут Миша сказал себе, что дальше-то будет еще жарче, — и этим утешился."

"В Алагире «Газель» вырулила на Транскавказскую магистраль — местную «дорогу жизни», единственную трассу, которая связывает напрямую Северную Осетию с Южной. Шоссе оказалось четырехполосным, в приличном состоянии, ресёрчер удивленно хмыкнул.

— Чего?.. — спросил Миша.