Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Они вошли в зал и стоящий народ начал перешёптываться, а потом и довольно громко так, что ей стало слышно, спрашивать:

— Это что у неё орден? Святая Анна? Так это правда?

Князь Дадиани представил Ирэн, сказал, что у рода Дадиани долг жизни перед Ирэн Лопатиной, и она и вся её родня теперь под защитой рода.

Поблагодарил Софью за спасение и отвагу. Все наконец узнали, что на молодого князя Дадиани было совершено покушение, а юная княжна спасла его.

Князь объявил, что по старинному обычаю будет лезга.

Но день свадьбы был назначен раньше, чем Леониди объявили лезгу, поэтому лезга будет без оружия, просто бой и борьба.

Но здесь встал высокий и грузный мужчина, посмотрел на всех и громко сказал:

— Я Иракли Леониди, глава рода Леониди, обвиняю князя Давида Дадиани в том, что он не сдержал слово, данное моей дочери, и требую лезгу во имя чести.

Ирэн взглянула на бабушку Нино, та тоже сидела напряжённая.

— Неужели не получится избежать крови? — подумала Ирэн и взглянула на князя Кирилла.

Князь Кирилл молчал, но встал Давид и роняя каждое слово, произнёс:

— Обвиняю род Леониди в навете и принимаю лезгу во имя чести.

Ирэн увидела, как бабушка Нино на мгновение прикрыла глаза. И ей стало страшно.

После этого с обеда ушли многие мужчины, Ирэн с Софьей немного поковырялись, аппетита уже не было и тоже пошли в свои комнаты, надеясь увидеться с бабушкой Нино.

* * *Лезгу назначили на пять вечера

Первый бой был между Давидом и Романом, старшим братом Терезы."

"Но вначале полагалось определить очерёдность боёв и сколько бойцов выставляет каждая сторона.

Правила были простые, бились до первой крови, потом, если бойца не кем было заменить, то он продолжал бой сам. Если у него были соратники, то можно было заменить на кого-то из своих.

Ирэн и Софья сидели по центру, места им заняла мать Давида, рядом с ними устроилась Манана, в общем в окружении были все свои.

На поле вышли семь человек со стороны Леониди и пятеро со стороны Дадиани.

Но в процессе проверки пятого, а это был младший брат Давида, его попросили уйти. Оказывается, мальчишке только исполнилось пятнадцать, а для лезги надо было быть не моложе шестнадцати лет.

Четвёртый был родной брат Мананы.