Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Дар может исчезнуть!

— Тебе напомнить, если забыл, у тебя дочь болеет… — с мерзкой улыбочкой выдаёт заготовленный аргумент кузен короля.

Вот сука! Детьми манипулировать последнее дело!

— Я найду деньги! — упрямо тряхнул головой очкарик.

— Вскрой его память, нарой хоть что-то, чтобы его прижать, если он не виновен, — пошёл на попятную его собеседник, чтобы не перегибать палку. Всегда нужно оставлять лазейки для сделки с совестью.

— Тогда дочь… — не договорил ментатор, с надеждой глядя на Малькольма.

— В зависимости от ценности информации, — припечатал тот.

Точно сука.

Я вынырнул из воспоминаний крови и увидел, как у очкарика потекла струйка крови из носа от перенапряжения. Нырнув в его память, я окружил свою дополнительной защитой, а вот ему пришлось совсем несладко.

— Вы покидать покои ночью после приём?

— Нет.

И так, чередуя и видоизменяя вопросы, они гоняли меня, словно зайца, пытаясь выявить ложь. Но артефакт светился первозданной белизной, а ментатору становилось всё хуже и хуже прямо на глазах.

— Стоп! — поднял я руку. — Прошу остановить допрос для оказания лекарской помощи вашему коллеге.

Стоило мне это сказать, как ментатор завалился набок. «Ладони» исчезли с моих висков, глаза его закатились, а дыхание стало прерывистым. Менталист переводил взгляд с меня на коллегу, затем на артефакт и не мог решиться действовать.

— У вас лекарь есть? — подключился к разговору Владыко. — Я не силён в лекарской магии.

Только теперь менталист очнулся и увидел пропитавшуюся кровью на груди рубашку у ментатора.

— Оставаться на месте! — взвизгнул он и выбежал из комнаты.

«Свет, помоги пожалуйста, — попросил я невесту, — тут среди датчан, кажется, первый человек с совестью попался».

Спустя минуту лекарка вливала в него свою магию, приводя в чувство.

— Неделю не перенапрягаться, усиленно питаться и не практиковать ваш ментал, — отчитывала она его, как маленького. — У вас энергоканалы в мозгу практически спеклись! Нельзя же так!

Очкарик печально смотрел в пол, не решаясь поднять глаза на Светлану, а мне почему-то захотелось ему помочь.

Я даже к Владыке обратился:

— На мне нет воздействия эмпатического или ментального?

Тот отрицательно покачал головой.

— Тогда слушайте, — повернулся я ментатору. — Она, — показал на Свету, — один из сильнейших лекарей в нашей стране. Не знаю, что у вас с дочерью, но, если решитесь рискнуть, мы попробуем помочь. Бесплатно. Совесть и порядочность в этом мире — редчайшие качества.