По моему велению было выделено помещение для раненых, там же находились несколько девушек и женщин, всегда готовых помочь. Но уже завтра рук будет не хватать, кому-то срочно понадобится обезболивающий отвар, кому-то наложение швов, а кто-то на грани жизни и смерти будет сражаться уже сам с собой.
За весь день, не присев, изредка встречалась с Ярославом. Мой мужчина, тоже был занят, вокруг него постоянно крутились дружинники, вожди из присоединившихся к нам племён. Он постоянно что-то уточнял, раздавал указания и был поглощён суетой.
Ближе к вечеру, в воздухе запахло дымом, воздух, словно тетива натянулся до предела напряжением. Не только мы что-то делали, но и наши враги, в орушке леса орудовали топорами, что-то мастеря. Меня не пускали на стену, таково распоряжение князя, вокруг меня постоянно находились кмети из дружины Бояна или побратимов Ярослава. Он позаботился обо мне до начала битвы, не доверяя до конца Брониславу, мой ладо поступил разумно, оставив большую часть его дружины за стенами, а самого его рядом с собой.
Завтрашний день решит все! Всё увидят кто враг, а кто друг. За весь день не присев, умаявшись, покушала и отправилась в светлицу. Дождавшись пока мой суженый ляжет, а служки разбегутся по комнатам, тихо на цыпочках прокралась в его комнату. Около моей светлицы увидела двух нурманов. Они были вооружены. Я сначала опешила. Но они стояли спокойно и только в бороде старшего из них, мелькнула улыбка и он чуть кивнул, как бы подбадривая меня. Ярослав лежал на кровати, но ещё не спал.
Подойдя присела на краюшек, коснулась его лица. Мой ладно пылко зашептал, боясь, что о нас узнают раньше времени. Нежно поглаживая по щеке заверила, что кому надо знают, что стоит победить хузар и ни кто не осмелится даже слова против сказать.
Я хотела остаться с ним здесь и сейчас, хотела чувствовать как прошлой ночью. Всего его во мне, на мне, ощущать горячие поцелуй, руки ласкающие кожу, губы мягкие и шелковистые на своих губах.
Закрыв дверь на задвижку, мой мужчина вернулся. Стоя напротив кровати, смотря на меня смущающуюся попросил, не бояться, не смущаться, не прятаться за преградой в виде одежды и одеяла.
Пылая словно факел, стянула ночнушку и стоя абсолютно нагая, то и дело хотела прикрыться, пока в один из моментов не почувствовала лёгкие поглаживания. Его руки, такие нежные ласково скользили по телу, прикасались к груди, вызывая сотни мурашек. Губы целовали мое тело, доводя до сумасшествия, я не помню, как оказалась лежащей на кровати.
