Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

И честно, я думал, что она будет отчитывать меня, но этого не произошло.

Я же решил пока не лезть к ней с расспросами. И не прошло пяти минут, как ко мне обратился Федот.

— Ваше сиятельство, — поклонился он, однако во взгляде читалась сильная неприязнь. — Я только сейчас узнал от сына из-за чего произошла драка. — Он выдержал паузу, и с холодом посмотрел мне в глаза. — Однако это не даёт Вам право так себя вести. Вы находитесь на моём корабле. Здесь Вы всего лишь гости и…

— Федот Засуч, Вы мне что, угрожаете?

Он сплюнул на пол.

— Я не идиот, чтобы угрожать князю, и уж тем более одарённому. Но и не тряпка, о которую можно вытирать ноги. — Он сделал паузу. — Я надеюсь, что конфликт между вами на этом исчерпан? — Я не торопился с ответом. Тогда Федот добавил. — Со своей стороны я обещаю вправить Филиппу мозги, и он больше не будет оказывать знаки внимания леди Старли. Хорошо?

— Договорились, — ответил я, и протянул руку для рукопожатия.

Федот внимательно посмотрел на протянутую руку, как бы раздумывая — отвечать на рукопожатие или нет.

В итоге, тяжело вздохнув, протянул свою руку в ответ.

Конфликт был улажен.

— Осталось решить последнюю проблему, — произнёс Федот. — Моему сыну нужна квалифицированная помощь целителя и…"

"— Вашему сыну очень повезло. Ему окажет помощь Аяна Ирвент, — сказал я, при этом заметив, как названная мной девушка, находясь в прямо противоположной части корабля, с прищуром посмотрела на меня. — Однако, я хочу предупредить Вас, — продолжил я излагать мысль, — что Аяна является близким другом моего брата.

И поверьте мне, он более обидчив, нежели я.

Федот с серьёзным выражением лица кивнул, после чего направился к Аяне.

— Сердишься? — спросил я у Лилии. Но она, словно не услышала моего вопроса, смотрела за горизонт. — Осуждаешь? Почему ты молчишь?

— Странное чувство, — ответила Лилия. — Я понимаю, почему ты сделал то, что сделал. Но мне его жалко. У него не было шансов против тебя, но ты, зная это, всё равно его побил.

— Лил, а на что он рассчитывал, когда прислал тебе семь букетов? Что я сделаю вид, что ничего не было? Или мне надо было спустить ему это с рук, зная, что он слабее? — Я подошёл к ней вплотную, и выдал эмоциональную тираду. — «Филипп, знаешь, делай что хочешь. Ты слабей, и я не стану тебя трогать». Так что ли?

— Не заводись. Я не осуждаю тебя, — она положила мне ладонь на грудь. — Просто знай, что я люблю только тебя.