Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Трубка чуть не выскользнула из рук – так вспотели ладони.

– У меня для вас хорошие новости, – донесся голос Римо.

– Слушаю, – отозвался Смит.

– Я думаю, что сумею выйти на нашего друга. Я как раз направляюсь туда, где он сейчас находится.

– Очень хорошо, – сказал доктор Смит. – Попутного вам ветра. Кстати, вы можете сказать Чиуну, чтобы он возвращался в Фолкрофт.

– Не-а, – возразил Римо. – Он сделает свое дело в лучшем виде. Я знаю, как его можно использовать.

– Ну, – протянул Смит. – Он не очень-то вписывается в общую картину.

Отошлите его.

– Не пойдет, – заявил Римо. – Он мне нужен. Да не волнуйтесь вы так. Все пройдет отлично.

– Ну хорошо, – голос Смита звучал совершенно спокойно. – Просто скажите ему, что я прошу его вернуться. О'кей?

– Ни-ни. Я знаю ваши штучки. Я ему скажу, и он вернется, что бы там я ему еще ни наплел. Он профессионал.

– Вот и вы тоже будьте профессионалом. Я хочу, чтобы он вернулся.

– Получите его завтра.

– Скажите ему сегодня.

– Не будем торговаться, дорогой.

– Римо, это приказ.

Это очень важный приказ.

На другом конце провода замолчали. Часть телефонной линии до определенного пункта вполне могла быть прослушана. Доктор Смит не должен был говорить того, что он только что сказал, но надо было попытаться и власть употребить.

Не сработало.

– Черт вас побери, вечно вы беспокоитесь по пустякам. Я вам завтра позвоню. Днем больше, днем меньше – вам от этого хуже не станет.

– Вы отказываетесь выполнить приказ?

– Обратитесь в суд, – донеслись последние слова Римо.

Потом – щелчок, и линия отключилась.

Доктор Смит вернул трубку на место, вернул ампулу в пакетик, пакетик вернул в жилетный карман и позвонил секретарше:

– Позвоните моей жене. Скажите ей, что я поздно вернусь сегодня. Потом позвоните в клуб и закажите для меня на вечер площадку для гольфа."

"– Да, сэр. Кстати, насчет вашего распоряжения об отправке оборудования из подвала. Отправить?

– Не сегодня, – сказал доктор Смит.

До двенадцати часов завтрашнего дня никаких забот в обязанностей у Смита не было.

Ему оставалось выполнить только одно дело – умереть и унести с собой в могилу всю организацию. Но он не мог сделать этого, пока не был сделан первый шаг – Римо еще был жив. А раз ему больше не предстояло принимать никаких решений, можно и сыграть в гольф. Конечно, за всеми этими заботами и тревогами ему не добиться восьмидесяти ударов. Если он сможет закончить игру хотя бы за девяносто, это уже будет достижением с учетом всех нынешних обстоятельств.