Хаски и его учитель белый кот. Том 1 читать онлайн

Не то чтобы его заботили сорок миллионов, но это неправильно!

Они оба были в тупике, когда вдруг увидели золотую пластину, плывущую вниз с третьего этажа.

Финальный знак.

На нем не нужно было ничего писать. Он означал пятьдесят миллионов золотых. Когда такой знак опускался, обычно никто не мог предложить больше. Поэтому его и называли «финальным».

Толпа на мгновение замерла в ошеломлении, а потом взорвалась:

– Орден Жуфэн!

– Орден Жуфэн отправил финальный знак!

Чу Ваньнин больше не обращал внимания на Мо Жаня, сжимающего кошелек.

На его суровом, но красивом лице не отражалось ничего лишнего. Бросив взгляд на сцену внизу и гомонящую толпу, он, казалось, на несколько мгновений потерял дар речи, потом отвернулся и скрылся в глубине комнаты.

"– Учитель, можете не волноваться, – облегченно выдохнул Мо Жань. – Молодой господин Е жил со мной в Персиковом Источнике. Я знаю его как доброго и благородного человека. Он точно не сделает ничего непотребного с купленной им костяной бабочкой. Это было бы против его принципов.

В комнате на третьем этаже Е Ванси сел за стол, покрытый скатертью, на которой были вышиты золотые и серебряные листья, и налил себе чашку ароматного чая.

– Входите, – мягким и вежливым тоном попросил Е Ванси.

– Бессмертный Е, я привела к вам прекрасную костяную бабочку. Пожалуйста, примите ее.

– Спасибо за беспокойство. Можете идти.

Служанка Палаты Сюаньюань ушла, и в комнате на некоторое время воцарилась тишина. Руки и ноги костяной бабочки были связаны заклинанием. Она стояла на коленях и дрожала от страха. Жалобный взгляд наполненных слезами прекрасных глаз на милом личике, бледность которого лишь подчеркивали золотисто-рыжие волосы, заставил бы любое сердце дрогнуть.

Но когда Е Ванси взглянул на нее, его разум остался ясным. Он поднял руку и разрушил связывающее заклятье.

– Вы так напуганы. Пол слишком холодный. Присаживайтесь и выпейте чашку горячего чая.

Костяная бабочка задрожала еще сильнее, распахнув свои глаза, сверкающие ярче ограненных алмазов. Она все еще сидела, сжавшись, в неудобной позе, не смея двинуться или ответить.