Всё верно, ствол в кейсе, твою мать! Только стало проясняться сознание, как я словил удар между ног и чем-то тяжёлым по голове. Твою мать, ещё раз. Меня скрутила боль в области паха, это просто жесть. Я согнулся стискивая колени и повалился на асфальт. А психичка продолжала меня колотить. Пинала ногами и долбила по спине тем же самым тяжёлым предметом. При этом, не смотря на гул в голове слышал её истеричные вопли: ""Маньяки! Их двое! Люди помогите!"" В какой-то момент понял, что моё избиение прекратилось. Услышал удаляющейся быстрый топот.
Твою мать, третий раз. Неужели она убежала?! Из разбитого носа бежала во всю кровь. Голова гудела как колокол, яйц... промежность дико ныла. Встал с трудом на четвереньки. Потряс головой, возвращая нормальное зрение. Хотя какое тут нормальное? Глаза разъезжались и у меня всё двоилось. Меня ещё никто так не окучивал! Главное кейс. Наконец взгляд более-менее сфокусировался. Я облегчённо выдохнул. Кейс лежал в паре метров от меня. С трудом встал. Услышал в далеке завывания патрульной машины.
Этого мне ещё не хватало. Поднял кейс и поковылял побыстрее к выходу из парка. Главное, ни на кого не нарваться, а то видок у меня был ещё тот. Домой дошёл без приключений. Успел выскочить из парка, до приезда ментов. Потом прошмыгнул темными дворами и вот я дома. Закрыв дверь квартиры, опёрся спиной о неё. Закрыл глаза. Мать вашу, что это было? Как можно было так облажаться?! Потом прошёл в комнату, бросил кейс на диван. Разделся и залез в ванную. Нос распух, под глазами бланши, на макушке неслабая шишка.
Мда, красавЧЕГ, ничего не скажешь! Прошёл в комнату и открыл кейс... Некоторое время тупо таращился на его содержимое. Что за херня? Где мои деньки, ствол и, самое главное, флешка???!!!! В кейсе лежали какие-то бумаги и бутылка коллекционного коньяка! И тут же лежала записка, написанная мужским подчерком: ""Наташа, коньяк подари от моего имени Никите Георгиевичу!"" Мать твою...
Лесогорск. Городской парк. Среда. Спустя десять минут после инцидента.
.."
"Пряников очнулся лёжа на асфальте лицом вниз. Первое время не мог понять, где он и что с ним? Наконец адекватность, если так можно сказать, стала к нему возвращаться. Он вспомнил, что уже фактически догнал свою новую жертву, ещё чуть и он бы её схватил, но в этот момент она повернулась. Вспомнил её огромные, всё расширяющиеся глаза и по его ушам ударил визгом циркулярной пилы её мерзкий вопль, дальше темнота. Никодим на четвереньках отполз в кусты.
