Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Что она сама хотела, раз пошла с ним на канал, ведь они, ясное дело, не рассвет встречать туда поперлись! Что она опозорила его перед друзьями, поэтому лучше ей теперь не ходить одной по темным переулкам…

Писал, что с ней что-то не так, раз она не завелась.

Что у него на нее все равно не встал, и встречался он с ней только из жалости."

"Сморгнув воспоминания, замерзшая Катя ввалилась в комнату и принесла с собой запах мороза. Захар как раз закончил читать комикс и теперь сидел, уткнувшись локтями в колени и сцепив пальцы в замок.

От всей его позы, от застывшего выражения на лице веяло чем-то… диким. Тщательно сдерживаемой яростью, возможно? Кате вдруг подумалось, что именно с таким лицом ломают кости, причем и глазом не моргнув.

Захар повернулся к ней, уложив щеку на сцепленные пальцы, и тихо спросил:

– Это случилось с тобой?

Катя опустила голову, чтобы волосы упали на лицо, и кивнула.

– Это был Миша?

Помедлив, Катя кивнула снова, и Захар вдруг толкнул стол с такой силой, что тот с грохотом врезался в стену.

Он в два шага оказался рядом. Потянулся, чтобы ее обнять, но остановился и беспомощно опустил руки.

– Можно?..

Катя сама обвила его шею. Прижалась изо всех сил, будто его объятия были единственным по-настоящему безопасными местом на земле. Наверное, так оно и было. Склонив голову, Захар уткнулся носом в ее шею и стиснул крепко-крепко.

– Мне так жаль…

Катя зажмурилась и кивнула.

– Я не знал. – В голосе Захара смешались недоумение и злость. – Как я не догадался? Это же…

– Я хорошо притворяюсь, – шепнула Катя.

И это действительно было так. Мама с папой даже не поняли, что что-то случилось. Она купила себе первые смешные носки, чтобы спрятать ноги, покрытые пластырями, и сказала, что никуда в итоге не пошла, потому что ее тошнило и болел живот. А Миша… Ну, Миша больше не звонит и не приходит, потому что разозлился на нее за это.

Было даже что-то обидное в том, как легко мама ей поверила. Во всей этой истории ее интересовало только, сколько раз ее тошнило, мерила ли она температуру и где именно болел живот.

– Иногда я чувствую себя такой глупой, – всхлипнула Катя. – Думаю, может, я просто раздула из мухи слона? Ничего такого ведь не случилось. В смысле, он же меня не… – Она проглотила это слово, и оно прокатилось по пищеводу ядовитым комком, осело в груди невыносимой тяжестью…

– Мне так не кажется. – Захар задумался, прежде чем ответить, и Катя заново влюбилась в него за одно только это.