Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Ладно…"

"Я закрыл дверь и принялся думать, что мне делать дальше? Заниматься дальше уже не было настроения, а вот кушать захотелось. Но не потным же на кухню идти, — нехорошо. Значит, выход только один, — опять на крыльцо…

— Я это так не оставлю! Я ей всё выскажу! Я кто: её сюзерен или сопливый мальчишка? — вот так я грозился, в очередной раз погружаясь с головой в бочку с водой. Холодной! — Хотя одно другому здесь не мешает никак, да. Брр… Всё, хватит!

Я выскочил на крыльцо и ошеломлённо замер.

— Гадство! Полотенца-то у меня нет!

Полотенце, конечно, было.

Только оно осталось висеть на крючке в душевой. Есть, конечно, ещё одно, на кухне. И чистое — других у Пушистика не бывает. Но это значит, что туда мне надо мокрым идти! Чертыхаясь, я принялся натягивать штаны.

— Баба одна, — но сколько проблем уже доставила!

Глава 2

Мясо! Жаренное! И чтобы кусок свежего хлеба макнуть в ещё тёплое масло на сковородке. М-м, вкуснотища!

Я чуть слюной не захлебнулся от этих мыслей, войдя на кухню, весь покрытый мурашками после нестандартного купания на крыльце.

И желудок заурчал, громко выражая своё согласие. И плевать, что по утрам, вроде как, такая диета не рекомендуется. Организм требует!

Раз требует, — будем кормить. Вот, только чтобы пожарить мясо, придётся немного повозиться. Организм, ты согласен? Желудок молчал, спазмами не торопил, значит, подождёт. А раз так, то займёмся делом.

Сначала печка, — проверить на наличие золы, которая должна была остаться после вчерашней топки. Зола оказалась не только убрана, в топку даже полешки уже уложили и щепки горкой для растопки.

Интересно, кто? Скорее всего, Глюк. Мумия, несмотря на свой статус мажордома, чаще других на кухне бывает: еду мне готовит, когда я другими делами занят. Фома если и появляется, то в основном только для того, чтобы тазик с золой к себе в зимний сад утащить — удобрение для растений, попробуй только как по-другому утилизировать. Как хомосуслик на Пушистика ворчал, когда тот вовнутрь печки сунулся, почистить её от нагара.

Ну и почистил, — печка изнутри засияла ничуть не тусклее, чем рында у боцмана. Пушистик — природный аннигилятор пыли и, вообще, любого мелкого мусора, дарованный мне Сердцем замка. Так вот, когда маленький уборщик выскочил из печки, все улыбались, лишь Фома недовольно свистел и щёлкал. Но он у нас всегда свистит и щёлкает, побыстрее, что ли, избушку на пятый уровень апнуть, — тогда без переводчиков понимать буду, о чём он там постоянно щёлкает.