Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Лескович, правда, не подал виду, но внутренне порадовался неожиданно обнаружившемуся в тихом «афганце» корыстолюбию. С таким человеком легче работать. Гораздо легче, чем с тем, кто вынужден пойти на сделку исключительно из соображений личной безопасности и безопасности своей семьи. От того, кто работает только из страха, в любой момент можно ждать подвоха, и, если ему представится хоть малейшая возможность «сдать» своих деловых партнеров, он не задумываясь сделает это. Шкурный же подход служит гарантией от таких неожиданностей.

– Ну, и каково будет ваше предложение, Николай? – генеральный откинулся на спинку высокого антикварного стула и с интересом посмотрел на Маркелова.

– Двадцать процентов фонду и пять – лично мне, без всяких документов и прочей чепухи, – задрожавшим от умело сыгранного азарта голосом выпалил Маркелов, и его глаза стали лихорадочно перебегать с Лесковича на Решетова, с Решетова – на Феоктистова."

"– Ну, хорошо, – произнес Лескович после продолжительной паузы, в течение которой Маркелов даже слышал ход своих наручных часов.

– Десять процентов остается фонду плюс три процента лично для вас. Устраивает?

Бесцветные глаза выжидательно уставились на Николая.

– Нет! – резко отрубил Маркелов. – Минимум пятнадцать и пять. Это мое последнее слово. Иначе я… ухожу!

Последние слова Маркелов умышленно произнес не слишком твердо, чтобы сидевшие рядом «партнеры» решили, что он почти сломался, и бросили бы жадному до денег калеке последнюю кость, после которой он упадет на колени, поцелует шнурки своих благодетелей и согласится быть их вечным рабом.

Тем более что уйти просто так, не подписав документы, Маркелову все равно не позволят.

– Ну, что же… – недовольно поморщившись, произнес Лескович. – Только из чувства симпатии к вам лично, Николай Романович, я предлагаю… – Маркелов краем глаза заметил, как глумливо изогнулись уголки губ юриста и «ответственного за внутрироссийские дела» Феоктистова. Смейтесь, смейтесь! Хорошо смеется тот, кто стреляет первым! – …Я предлагаю десять процентов фонду и пять – лично вам.

Давая понять, что торг закончен, Лескович повернулся к юристу и приказал:

– Валерий Данилович, порви эти бумажки и организуй нам по-быстренькому новый вариант договора. Внизу есть компьютер и принтер. Дело пяти минут! А мы с господином Маркеловым пока перекурим…

Через четверть часа договор о сотрудничестве между фондом инвалидов афганской войны и фирмой «Фердинанд» был подписан обеими сторонами и заверен печатями.