Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Ты в нем больше похожа на мою бабушку, чем на маму. — смеялся Макс, кривляясь и никак не желая делать нормальную фотографию. У нас уже была серия забавных снимков и ни одного для паспорта.

— Алиса… — Майлз выглянул со второго этажа с улыбкой. Наверное, сейчас мы были похожи на настоящую семью. И было все замечательно, только мужчина на втором этаже должен быть другой. — Лука звонит…

От двух слов я окрылилась, чувствуя бесконечное счастье, преодолела деревянную лестницу в доли секунд, ровняясь с Майлзом.

— Ноут. — указал он, спускаясь, чтобы не мешать. Лука видимо уже проинструктировал его.

Я сажусь за стол, на котором стоит ноут Майлза. По сторону экрана мой муж в своем кабинете, в полном здравии и прекрасной форме. Он смотрит на меня немного гневно, хмурится. Неужели я его успела разозлить?

Но какой же он красивый и упрямый, каждая черточка лица вытесана и закалена испытаниями, дикий варвар.

— Привет. — восклицаю я, чувствуя себя подростком, который чатится тайком от родителей. Он делает глубокий вздох, даже вдалеке от него становится страшно от его оскала.

— Что с волосами, блядь? — он говорит на выдохе, пытается сдерживать себя. Понимаю, что не успела снять парик, улыбаюсь, обнажая зубы и игриво закусывая губу. Поднимаю руку, чтобы стянуть его, но решаю немного пошутить, разрядить обстановку, поэтому просто поглаживаю искусственные волосы.

— Я перекрасилась и подстриглась, решила сменить имидж. Как тебе? — даже представить себе не могу в каком он бешенстве.

Для него мои волосы — фетиш, он голову мне открутит, если я покрашусь или позволю себе укоротить волосы больше двух сантиметров за раз. Он тиран, почти всегда сам мне нижнее белье и одежду покупал, что говорить о внешности?

Глаз Луки едва заметно подергивается, очень устрашающе, потому что его шрам делает его хищником, кровожадным убийцей. Я бы не осмелилась так разыграть его в живую, он бы наказал меня тут же, но мне хочется с ним пошутить…

— Ты головой тронулась? — он смотрит на меня улыбающуюся, откровенно заведённую и веселую, и злится, желваки, как маслобойка, крутятся.

— Какие еще сюрпризы меня ожидают?

— Я проколола соски! — говорю невинно, давясь от смеха. Потому что у Дьявола из ушей пар идет. Он придвигается к экрану, я клянусь, что в этот момент уже мысленно летит сюда и представляет, как будет выбивать из меня дурь. Глаза грозно сужаются, он рычит. И он приедет, знаю, что пошлёт все к черту и прилетит выбивать из меня дурь.