Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"Его поведение бесило Лилу, как бесит ворвавшийся с улицы через распахнутую дверь порыв ветра, от которого летят на пол вещи. В то же время это был верный знак, что обувная мастерская заработала по-настоящему и обувь марки «Черулло» появилась во многих магазинах города. И правда, весенняя коллекция продавалась хорошо и новых заказов поступало все больше. Стефано даже арендовал подвал под лавкой, где устроили склад и еще один цех. Фернандо и Рино трудились не покладая рук и наняли еще одного работника, но все равно засиживались в мастерской допоздна.

Само собой, не обходилось и без конфликтов. Оборудование в обещанный магазин на пьяцца Мартири пришлось покупать Стефано, что вызывало у него беспокойство – договоренность с Солара была только устная, и он не на шутку сцепился с Микеле и Марчелло. В конце концов они подписали конфиденциальное соглашение, в котором черным по белому было написано, что оборудование для магазина финансирует Карраччи. Рино прямо лучился от самодовольства: из-за того что деньги вложил его зять, он чувствовал себя хозяином, как будто они были его собственные.

– Если и дальше так пойдет, на будущий год мы поженимся, – пообещал он невесте, и вскоре после этого Пина собралась наведаться к портнихе, у которой Лила шила подвенечное платье, – просто так, посмотреть что почем.

Портниха встретила их с распростертыми объятьями. Она помнила Лилу, долго расспрашивала ее о свадьбе и попросила подарить фотографию. Лила распечатала свой большой снимок в свадебном платье и вместе с Пиной снова пошла к портнихе.

По пути она решила воспользоваться случаем и выведать у золовки, каким образом Стефано добился освобождения от военной службы. Ее интересовали детали: приходили ли к ним карабинеры проверить, правда ли его мать – вдова, посылал он документы по почте или носил их на призывной пункт лично.

– Мать вдова? – фыркнула Пинучча. – Ты что, смеешься, что ли?

– Антонио говорит, если парень в семье единственный кормилец, его освобождают от призыва.

– От призыва освобождают, это верно, – если подмажешь кого надо.

– Кого?

– Призывную комиссию, кого ж еще.

– И Стефано заплатил?

– Ну да. Только об этом – никому ни гу-гу.

– И сколько надо отвалить?

– Не знаю. Он через Солара договаривался.

Лила похолодела.

– В каком смысле?

– В прямом! Ты что, не знаешь, что ни Микеле, ни Марчелло в армии не служили? Их по здоровью отмазали. Вроде как у них сердечная недостаточность.