Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Иначе ты заставишь его противоречить нам просто из упрямства.

— Это еще кто кого заставит, — возразил с озорной усмешкой Син, указывая на Хантера ножом.

— Не обращай на него внимания, — сказал Рейн Хантеру, досадливо тряхнув головой. — Я только хочу дать тебе один совет. Относись к ней по-доброму.

Хантер ответил другу хмурым взглядом. Не было никаких сомнений, что Рейн говорит о леди Грейс.

— В этом и заключается твой бесценный совет? Чтобы я был добрым? А как иначе я стал бы с нею поступать? За кого ты меня принимаешь?

— За человека выдающегося, — без промедления ответил Рейн, и Хантер немного смягчился.

— Тебе присуща доброта, не говоря уже о чувстве юмора, незаурядном уме и умении испивать до дна чашу удовольствий.

Поняв, что граф уклоняется от темы, Син вмешался в разговор:

— Рейн пытается тебе втолковать — собственно, мы с ним вместе пытаемся, — что нам небезразличны ты и эта девушка, если ты собираешься на ней жениться и тем соблюсти заключенный твоей бабушкой договор.

Скажу прямо: ситуация сложилась непростая, но несправедливо возлагать на бедную девушку вину за то, что задумал ее дед.

— Да вы оба из ума выжили! — Хантер посмотрел на друзей широко открытыми от возмущения глазами. — Я ведь в жизни ни одну женщину не обидел! — вскричал он, до глубины души уязвленный допущением, что он способен как-то обидеть женщину.

— Хантер... — сказал Син с тяжким вздохом. — По твоей милости ей пришлось почти всю жизнь провести безвыездно в деревне. Не беру на себя смелость говорить за нее, а вот ты, будь у тебя выбор, не стал бы приводить в исполнение грандиозный замысел своей бабушки.

Может быть, тебе стоит подумать о том, чтобы отказаться от наследства, — тогда ты и леди Грейс...

— Ни за что! — отрезал Хантер.

— Что же это будет за семейная жизнь для вас обоих? — не унимался Рейн, но его спокойный рассудительный тон не остудил Хантера. — Ну, подумай сам. Ты ни разу не видел леди Грейс, а уже презираешь ее.

— Это было бы чересчур для женщины, которую я не видел с далекого детства, — сказал Хантер, опуская пылающий взор.

Немного подумав, он запоздало добавил: — Если на то пошло, я отнюдь ее не презираю.

Ну, до известной степени. Впрочем, оба друга хорошо понимали, что Хантер не говорит всей правды. Но не виноват же он, что уже много лет одна мысль о потере свободы из-за женщины, которую не сам выбрал, вызывает в нем горький и решительный протест!

— Вот как? — Син недоверчиво хмыкнул.