- Лора, скажите, вы знаете, почему я очутилась в этом доме? Служанка подчеркнуто спокойно посмотрела на нее. - К чему мне это знать? - К тому, что вы предлагаете мне в горничные свою племянницу. Думаете, такая работа пойдет ей на пользу? - Я ж не в бордель ее отдаю! - хмыкнула женщина. - Да, но… - Мадемуазель, позвольте мне говорить откровенно? - Конечно. - То, чем вы занимаетесь с его светлостью - не мое дело, как и не дело Анны. Герцог щедр к слугам, никогда не опустится до того, чтобы зажиматься с горничными по углам, а с рекомендацией от него можно легко устроиться в любой дом.
Пораженная этой простой логикой, Амадин изумленно смотрела на служанку. Подобная логика не приходила ей в голову. - Я… я бы хотела подумать над вашим предложением, - выдавила девушка. заметив. что лора все еще ждет ответа. - Конечно, - служанка вздохнула. - Прошу прощения, если позволила себе… - Нет, что вы! - Амадин не хотела портить отношения. - Просто я… я должна посоветоваться с его светлостью. Последняя фраза оказалась волшебной.
Лора снова улыбнулась: - Думаю, герцог предоставит вам возможность самой выбирать слуг. он всегда так делает с… Она ойкнула и прикрыла рот рукой. - Со своими любовницами, - кивнула Амадин. - Я ведь не первая женщина в этом доме, верно? - Герцог - молодой здоровый мужчина, мадемуазель, - уклончиво ответила служанка. - Он пользуется успехом у женщин. И скрылась на кухне. Амадин рассеянно покивала и погладила конверт. Теперь она - та женщина, успехом у которых пользуется герцог.
Да и просто пользуется. Хотя помимо некоторого небрежения в беседе ничего непристойного верховный инквизитор себе не позволил. Не считая самой сути их соглашения. Хотя и в нем формулировка была весьма обтекаемой. Впрочем, какое ей до этого дело? Она добилась своего, вексель на триста золотых лежит в конверте. Дело оставалось за малым: внести оплату. Оставалось только понять, как хотя бы дойти до академии. Она находилась на другом конце города, а тот наряд, в котором Амадин вчера привезли в дом, не располагал к длительным прогулкам.
Девушка поднялась из-за стола и направилась в спальню. Чуть поколебавшись, она подошла к внушительному шкафу, в который вечером заглянула лишь мельком. За левой резной дверцей обнаружились полки на которых сиротливо притаились тонкие изделия из тончайшего шелка и батиста, кружева и муслина. Амадин с недоумением двумя пальцами вытащила одну из этих вещицу и задумчиво рассмотрела.
