Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Господи, это просто не может быть правдой!

Словно очнувшись от взгляда Тайги, я принялась отбиваться от сильной большой руки, пытаясь вывернуться из нее, даже если пришлось бы снова оказаться в снежном плену, подключая не только всю свою силу и ярость, но и медвежьи инстинкты, когда по запаху понимала, что рядом со мной был не мой Янтарь…но и не Палач, от которого не было совершенно никакого запаха, как это должно было быть!

— Зои! Ради всех детёнышей тюленей! Потом успеете накормить, обогреть, помыть и уложить спать! Можете даже запеленать и нацепить подгузник, если вам не хватает мелких спиногрызов! — пробасил отец, заговорив впервые с того момента, как мы все покинули поляну, заставляя меня испуганно поёжится, — Но не сейчас! Сейчас нам нужно поговорить и понять всю сложившуюся ситуацию!

Он вдруг рассмеялся мягко, мурлыкающе и так томно, что я растерялась окончательно, беспомощно хватаясь за его шею руками и послушно перенося вес тела так, чтобы мои бедра раскрылись сильнее, даже если своими закипающими мозгами до сих пор ничего не понимала.

Я бы попыталась вырваться и убежать, чтобы побыть немного наедине с собой, урыдаться. вырывая на себе волосы, а потом вернуться сюда тихой и покладистой, с опущенной головой и готовая на любой приговор семьи Янтаря.

Я не хотела прислушиваться к эмоциям этих мужчин, которые бросились на мою защиту, ничего не зная толком и отправляя своих братьев на такую боль, которая заменит мою заслуженную смерть, потому что понимала, что не вынесу этого.

Груза моей боли, страданий и беспомощности было сполна, отчего я силилась держать себя в руках и не разрыдаться, скатываясь в полную и абсолютную истерику.

Решилась бы на такой шаг?

Это было просто невыносимо!

— Север! Не смей! — обернулся вдруг Сумрак. останавливаясь как раз в тот момент. когда Кадьяк с синими глазами, рванул было с поляны по тому направлению, где скрылись Янтарь и тот блондин, которого он назвал Лютым, и как бы не было напряжено тело мужчины, его голос прозвучал мягко и успокаивающе.

— Как это все будет?

…Но не было ненависти, направленной ко мне острыми раскаленными стрелами, отчего я растерялась настолько, что первое время никак не могла собраться с мыслями, ожидая вовсе не такой реакции.