Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А пока давайте пить чай…

Пили долго, с чувством, с толком, с расстановкой, обсуждая немного из того, что Даша успела Богдану рассказать, немного такого, о чем забыла, травили семейные байки, смеялись до колик… Снова засиделись.

Богдану привычно уже начали названивать с работы… Что-то пригорало настолько, что Артёму пришлось одолжить будущему родственнику ноутбук, чтобы тот смог прямо там внести нужные правки и отправить какой-то документ.

Клеверову предоставили тишину и покой спальни, Лиля вышла на кухню, чтобы переговорить со звонившей мамой, Даша с Артёмом остались в гостиной одни…

Могли говорить обо всем на свете, на любую тему.

Могли молчать. Но Даша…

— Ты знаешь, что со Стасом творится, Тём?

Брат не сразу ответил. Сначала смотрел на младшую довольно долго, будто сканируя, что может знать, потом вздохнул тяжело…

— Штормит сильно. О разводе думает…

— Почему вдруг? Все же хорошо было… Вроде бы…

Артём усмехнулся, глянул куда-то за окно.

— Даш… Ты редко его видишь, вот тебе и кажется, что ""вроде бы"".

А на самом деле… Я помню, как они смотрели друг на друга, когда любили. А теперь… Кажется, ненавидят. Ты же сама все видела…

Даша кивнула, хотя… Ни черта она не видела. Смотреть боялась. И на него просто, и на них вместе. Не мазохистка ведь, не получает удовольствие от созерцания того, что делает ей больно.

— Стас сказал мне, что она ребенка не хочет…

— Дура потому что… — Артём будто выплюнул слова. И Даше было понятно, что это он о Дине так, но отчего-то самой съёжиться захотелось.

— Она не обязана хотеть… — и на защиту встать. Женщины, которую ненавидела в семнадцать. Которой завидовала, как никому и никогда. Которую понять не смогла бы. Когда речь о Стасе — не смогла бы.

— Они восемь лет женаты, Носик. Если она сейчас не готова — никогда готова не будет. А по-простому… От любимого мужика женщины хотят рожать. А если так, как она… Он три года думал, что они заводят, и все никак не получается. Оказалось — таблетки пила. А потом… Получилось. Ну она пошла и аборт сделала.

Это только то, что я знаю. Сама треплется, дура… Лиле жаловалась. Проблемы в этом не видит. Суть претензий не понимает. Они женаты. У них есть квартира и деньги. Он ни разу даже повода не дал подумать, что может налево свернуть. Жить бы да радоваться, а она…

Даше почему-то стыдно было глаза на брата поднять. Стыдно и больно одновременно. И перед Стасом тоже стыдно. За Дину.

— Почему сама на развод не подаст тогда? — спросила не столько у Артёма, сколько у себя.