Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я была рада, что похитителем оказался Саша, но была зла за то, что он заставил меня мучиться и переживать. От его слов по телу пробежала волна дрожи и осела сладким тянущим чувством внизу живота. Опять тело и разум вступили в конфликт. Я хотела его, скучала по его прикосновениям губам и силе, а мозги твердили «где твоё достоинство? Он поступил нечестно, теперь ещё заставил тебя нервничать. Прощать такое нельзя».

— Только попробуй меня пальцем тронуть — пожалеешь.

— Алиса, мы не враги. И пора прекращать уже бежать от всего и бороться со всем миром.

Давай начнём с того, что я просто хочу с тобой поговорить.

— Я устала. Мне было страшно. Я два часа провела в обществе бандитов и их вони.

— Во-первых, не два часа, а час. Во-вторых, это не бандиты, а туристы, мои знакомые. Если хочешь, сходи в душ, сейчас принесут ужин. И хочешь ты этого или нет, но мы поговорим. Понятно?

Саша говорил расслабленно, тихим голосом, без напряжения. Надо было только согласиться с ним и сделать как, он сказал.

— Хорошо.

— Приятно, что ты, наконец, согласилась.

— Угу.

Глава 45

Ладошки сморщились, стали похожи на губку, но я продолжала сидеть в ванной. Убеждала себя, что просто хочу понежиться в приятной воде, но на самом деле мне было страшно. И я не хотела самой себе в этом признаваться.

Саша уже один раз стучался в дверь, спросил всё ли у меня хорошо, а может, проверял, не сбежала ли я. Кстати, у меня была такая мысль. В первые пять минут, как только зашла в ванную комнату, я осмотрела все окна.

Они были даже не заперты. Неудивительно, если быть совсем шизанутой, то можно было и сигануть с обрыва в море, которое как раз билось волнами об отвесный берег.

Меня будто в башню заперли, на самой высокой горе. И я поняла, что избежать разговора не удастся. Что он может мне сказать? Что не виноват, она сама напала. Вроде так говорят мужики, которых застали на месте преступления.

С появлением Саши в душе опять начался какой-то сумбур, снова исчезло спокойствие, которое только-только восстановилось.

Я уже приняла мысль, что больше не выйду замуж, буду жить одна и мне одной очень даже хорошо. И почти перестала жалеть себя."

"Я закрыла лицо ладонями. Как же тяжело с людьми. Я не понимаю их, не понимаю, чего они хотят. Столько фальши, и лицемерия вокруг. Я с детства мечтала уметь читать людские мысли, чтобы знать, кому можно верить, а кому нет. Кто на самом деле искренен, а кто только прикидывается. Враньё для меня всегда было самым страшным.