— Посмотрим, мы уже не раз его били, — я одел обруч себе на голову и почувствовал небывалый прилив сил. — В доме Фельдшер! — Коротко кинул я в рацию шлема и бросился в коридор. За стеной раздалось рычание и пронзительный женский визг. Выбив дверь, я влетел к Таракану. Самому Таракану уже было не помочь, тело без головы лежало на середине комнаты в луже крови. Голову его держал Фельдшер в своей левой лапе, а правой как из горшка черпал мозг. Одна дамочка валялась рядом с Тараканом. То ли в обмороке, то ли тоже труп.
Вторая бросилась в коридор чуть не сбив с ног, как только я выбил дверь. Фельдшер узнал меня сразу и отбросил усатую голову Таракана в стенку. Сейчас он маячил в окне и готов был прыгнуть на меня, но его опередила Лиана. Я засёк вспышку на крыше здания метрах в ста на другой стороне небольшого сквера. Граната, рыская по курсу через секунду влетела в окно, точно в спину Фельдшера. Как при замедленной съёмке я увидел кумулятивную струю, вырвавшуюся у него из груди. На моих глазах Фельдшер получил огромную дыру в груди и деликатно кашлянул чёрным дымом из пасти.
Но победу праздновать было рано. Эта неубиваемая скотина метнулась в стену и пробив тонкую переборку оказалась в комнате Иштар. Дымящийся отовсюду Фельдшер заревел, увидев нимфу.
— Ыргл! Штар! — он ткнул себя когтём в грудь жалуясь на несправедливость. — Здец!
— Здец, — кивком согласилась Иштар, показывая мне глазами нападать и наконец истерически закричала. — Я не удержу его!
— Ырг! — и Фельдшер повернулся ко мне пролезшим следом за ним в комнату.
Его глаза окутались зловещим красным туманом, из груди что-то сочилось, но рана стала меньше. Он регенерировал прямо на глазах! Затем снова перевёл свой взгляд на Иштар и с бесконечной обидой в голосе заревел! — Штар!
«Одер»!. Я не успевал оттолкнуть его, когда он бросился на Иштар желая по всей видимости покончить с ней. Фельдшер обладал разумом ребёнка и из всех виноватой выбрал нимфу. Не мне судить что у них там было, но Иштар нам нужна была живой.
Чудовище, распластавшись в воздухе успел-таки чиркнуть по голове привязанную к стулу нимфу. Я увидел, как три острейших когтя рассекли ей лицо от макушки до подбородка наискосок и реально за разошедшимся на две половины черепе показался мозг. Вдогонку летела его вторая лапа, и тут я выстрелил из наручей. Плазменная очередь в упор отбросила Фельдшера в сторону оторвав правую лапу по локоть. Он резко поменял цель и прыгнул уже ко мне.
