Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Затем упал на землю и издал последний звук.

— Все кончено, — я смотрел на него пустыми глазами.

Затем перевел взгляд на гвардейцев, но те смотрели прямо мне в глаза. Никто не опускал взгляд, не склонял головы. Они были преданы мне и понимали, что с этим дерьмом нужно заканчивать.

— Теперь можно и домой.

* * *Отцовский кабинет сильно изменился с момента, как его обжил Слютников. Тут, конечно, повсюду валялись его вещи, бумаги, какие-то шмотки, и в целом, все еще ощущалось его присутствие. Первым делом я открыл окна, чтобы выветрить кабинет.

А затем зажег камин.

Вещи, как и бумаги, одна за другой падали в кострище, навсегда сжигая память об этом старом ублюдке.

Я прошелся взглядом по каждому закоулку этого места, чтобы не оставить от Слютникова ничего, и вскоре около камина выросла куча его личной ерунды.

В момент, когда гора «мусора» стала меньше почти что в половину, в кабинет постучались, а затем дверь приоткрылась и в комнату вошла Распутина.

Ее лицо выражало… так сказать, странную смесь сочувствия и скрытой гордости.

Она не сводила с меня глаз, а затем, прошла и села на стол, глядя мне прямо в глаза.

— Там, — она поджала губы. — Твоя бабушка плачет.

Я натянул еле заметную улыбку на лицо и прикрыл глаза.

— Ну да, — еле слышно сказал я. — Видимо, она кое-что поняла.

Катя слезла с угла стола и подошла к моему креслу, за которым я сидел. Положила правую руку на спинку и, не касаясь моего плеча, продолжила:

— Ты правильно поступил, Гоша, — я не открывал глаза, просто слушал ее. — Даже если Кирилл был серьезно болен и не представлял роду никакой угрозы, он все равно должен был умереть от твоей руки.

Я вздохнул и медленно открыл глаза.

— Глава рода обязан показать всем последствия предательства и преступлений против семьи Раскатных.

Это я и так хорошо знал, но все же, коротко кивнул. Ее слова звучали с оттенком чего-то большего, чем просто поддержка. Возможно, она говорила это не только для него, но и для себя самой.

Катя только-только коснулась моего плеча и чуть поджала пальцы, как в кабинет пришел еще один гость.

Из-за появления Рубцова, Распутина тут же убрала руку за спину и повернулась к начальнику службы безопасности.

Сам же Рубцов на миг смутился, думая, что помешал нам, а затем быстро поклонился и, как всегда, сразу перешел к делу.

— Мы переносим штаб рода в Новый Тагил?

«Хех. Так и знал, что задаешься этим вопросом, — я посмотрел в его серые глаза и увидел в них смятение. — Сомневаешься в моих решениях? Зря, Ваня. Очень зря.