Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Тем более она была абсолютно уверена в себе. И действовала, как опытный врач.

Страшно тебе? Тошно?

А пациенту страшнее. А потому...

Лиля уверенно проводила пальпацию, перкуссию - и все чаще вздыхала с облегчением. И расспрашивала короля.

- Нет, не говорите. Если согласны - опустите веки. Если нет - не опускайте. Говорить вам пока будет больно.

Вот с этим король был полностью согласен.

- Больно вот здесь и здесь. И боль меняется при вздохе, движении, при надавливании, она не постоянная, не статичная...

Эдоард моргал. И чувствовал, как становится спокойнее.

Это ведь не смерть? Ему сейчас никак нельзя умирать."

"Да и Лиля становилась спокойнее. Когда будет время - она сделает тонометр, пусть даже примитивный. Рива-Роччи, например. Она справится. История медицины у них была хорошо представлена. И сама она интересовалась когда-то.

А вообще - больше всего симптомы были похожи на межреберную невралгию. А это - лечится.

Хотя тоже болячка не лучшая. Прямой опасности не несет, зато несет косвенную.

Легко спутать с инфарктом, да и поди, выдержи столько боли... неприятно. Более чем неприятно.

Лиля расспрашивала - и все яснее понимала, что - да. Это оно.

Простуда была? Была, и раньше спину ломило, сквозняки есть, а бани-то тут нет, с прогреваниями швах...

Все становилось ясно.

Да и лечение... это она сможет, у нее есть и мази, и обезболивающее... есть все необходимое.

Так что король был осмотрен, напоен лекарством, разведенным в горячем вине, укутан одеялом, а сама Лиля осталась сиделкой у его постели.

Нет уж. Этого пациента она никому не доверит.

Эдоард услышав о том, что через дней десять он встанет на ноги,, а потом и бегать будет - вздохнул с облегчением. И тут же получил горькую пилюлю - только при полном покое в начале лечения. Нравится, не нравится - за чудесами к Альдонаю. А на земле их никто творить покамест не выучился.

Ругаться король не стал. Просто вызвал секретаря - и приказал на ближайшие пять дней отменить все приемы. А документы приносить к нему в спальню.

О чем тут же был отдан приказ камердинеру.

Старик, кстати, смотрел на Лилиан с уважением. Когда понял, что это не просто очередная титулованная баба, а почти лекарь - и знает, что делает.

Сам король собирался принимать придворных в спальне. В небольшом количестве. Чтобы видели, что король просто приболеть изволил. Но выздоровеет - и еще всем головы поотрывает.

Тут Лиля не возражала. При единственном условии - с обезболивающим.