Горсть патронов и немного везения читать онлайн

Оттого, что моя жена была далеко, оттого, что ночь для меня превратилась в день и я вынужден был бодрствовать, когда все мои друзья спали, наконец, от одинаковой с Шерифом пищи, от общения с найденышем, поисков никуда не пропадавшего кавалера, от вчерашнего налета на псарню я чувствовал, что превращаюсь в собаку, почти физически ощущал, как по всему моему телу прорастает шерсть и мне нестерпимо хочется выть на луну.

— Ну ты же без нас справляешься! — позабыв о привычной шутливой интонации в наших разговорах, чужим голосом ответил я.

 — Нас тебе вполне заменяет твой сраный Париж! Тебя с твоим консерваторским образованием вполне устраивает роль гувернантки и апартаменты дворницкой в доме чиновника департамента по атомной энергии Боннэ. Зачем иметь собственного ребенка, когда есть чужой? Ты же у нас диссидентка, тебя не устраивает Москва, которая в последние годы отличается от Парижа разве что большими свободами. Здесь тоже круглые сутки работают магазины с теми же продуктами, которые ты покупаешь в маркете на Елисейских полях. Только здесь они дешевле. Я понимаю — у Боннэ есть повар, прачка и уборщица, а здесь тебе пришлось бы стирать, убирать и готовить самой. Я понимаю, быть литовской полькой в Париже лучше, чем быть русской в Москве, и мужа-детектива с сомнительной репутацией лучше любить издалека. Можно позвонить ему раз-другой в месяц, а все остальное время проводить в обществе блистательного наследника комиссара Мегрэ Марселена и не допущенной в «Гранд опера» «звезды» Виолетты Абиджан. Мы справляемся, Валерия. Вчера справились с китайским притоном, сегодня — с двумя рецидивистами. Вот только с поклейкой обоев сложнее — они все время недовольно морщатся и не совпадает рисунок.

Я ждал, пока она переварит то, о чем я думал целых полгода, но что впервые сорвалось с моего языка. А все из-за этого мохнатого трезвенника, отказавшегося от бурбона: если бы и этот продукт мы разделили поровну, меня бы так не развезло. Хотя как знать, как знать — может, я еще буду благодарить его за это.

В трубке было слышно, как шелестят франки, улетающие в черную бесконечность.

— Что с тобой? — тихо спросила Валерия. — Ты заболел?

— Нет. Я в здравой памяти и твердом рассудке, как никогда.

Ночь пронзили гудки отбоя. Я сварил густой кофе, наполнил японский термос с небьющейся колбой, купленный проездом в Цюрихе (сейчас таких термосов в Москве — пруд пруди), и отправился в свое бюро.