Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Отвечаешь на звонок, тебе оттуда что-то говорят — и всё.

— А ещё мне надписью продублировали, — задумчиво ответил я.

— Ну да, именно так это и происходит… — кивнула Лара. — Бери маску с перчатками и пошли! Палуба будет пустой ещё минут двадцать, а потом там уже не погуляешь…

Захватив перчатки и маску, я вышел вслед за девушкой.

— Лара! А что мне делать с тем, что сказал мне шар? — спросил я.

— Да что хочешь! — ответила девушка. — Если сделаешь, что тебе сказали, то напишут, что задание выполнено. А не сделаешь — напишут, что провалено.

— И? — спросил я, осознав, что девушка больше ничего не собирается объяснять.

— И ничего!.. — она остановилась и посмотрела на меня с лёгким раздражением. — Ничего… Просто напишут, и всё!.. Ничего тебе не будет за выполнение, и ничего не сделают за игнорирование. Я просто игнорю эти шары, и всё…

Девушка снова устремилась к лестнице, а я пошёл за ней, больше ничего не спрашивая. Она явно больше не хотела обсуждать шары, а мне не хотелось и дальше портить ей настроение.

В молчании мы поднялись ещё на палубу выше, а потом ещё выше — и оказались перед массивной деревянной дверью с металлической ручкой посередине.

— Крути против часовой! — кивнула девушка, и я с натугой начал поворачивать рукоять.

После первого оборота из-за двери начало ощутимо поддувать, а на втором — дверь открылась. В щель ворвался морозный воздух, ветер и ослепительно яркий солнечный свет. Девушка надела маску, очки, перчатки, накинула капюшон, а я старался всё за ней повторять.

Лара открыла дверь настежь, вышла и поманила меня за собой.

Шаг из темноты к яростно-яркому солнечному свету был немного страшным — совсем чуть-чуть. В первую же секунду меня чуть не сбило с ног ветром, налетевшим откуда-то справа. Кто-то схватил мою руку, потянул и заставил схватиться за натянутый канат.

Как только глаза адаптировались, я осмотрелся. Мы с Ларой стояли на деревянном настиле. Позади нас была пристройка с дверью, ведущей на лестницу. А впереди площадка заканчивалась невысоким бортиком, за которым во всём своём великолепии застыла пугающая голубая пустота.

А сверху нависала темнота ткани аэростата, скрывая вид наверх.

— Закрой дверь! — услышал я крик девушки. — Выстудим жилые помещения, и нам так всыпят — всю жизнь будем помнить!..

Я поспешно повернулся, закрыл дверь и повернул ручку на два оборота.

— Здесь слишком шумно и ветрено! — крикнула Лара. — Есть место потише! Пойдём, заодно посмотришь за борт.