С утра и до позднего вечера я проводил время в бассейне, весь обвешанный какими-то датчиками, опутанный проводами. Мои нервы были постоянно на пределе. Бассейн был не тем белым и красивым, с идеально прозрачной водой, к которому мы все привыкли. Представьте себе, огромную глиняную яму, площадью в пол тысячи квадратных метров, наполненную грязнущей водой, какими-то водорослями, мелкими и крупными рыбинами, мусором и еще черт знает чем, и все это в абсолютно темном помещении, где нет даже и намека на свет.
Легкий акваланг, надетый на спину не давал абсолютно никакой надежды, сразу после погружения, время теряло хоть какой-то смысл, оно просто останавливалось, или наоборот начинало лететь со скоростью сверхзвукового истребителя. Невозможно было узнать о количестве кислорода в баллоне, полная тишина и темнота. При этом в любой момент может последовать атака, атака с любой стороны, с права или с лева, с верху и даже с низу. У меня сложилось впечатление, что мужики, которые занимаются здесь постоянно, просто отрывались на гражданском лохе, с которым им разрешили делать все что возможно.
Вся моя подготовка, все умения и навыки оказались совершенно ненужные и не применимы. Сопротивление воды делало меня медленным и плавным, как танцора бальных танцев, с той лишь разницей, что мои движения не были столь же красивы как у них. А по ночам начинались экзекуции другого рода. Профессор сдержал свои обещания. Ночи я проводил не во сне, а в некоем его подобии, буквально упакованный в провода и помещенный в странный агрегат, перед глазами сменялось только две картинки, Огни Святого Эльма и шаровая молния.
Сколько раз я терял сознание, сколько раз я в панике пытался выбраться из бассейна, сколько раз я задыхался, наверное, не скажет никто. Но постепенно во мне что-то стало меняться, нет, я не стал видеть в темноте, я не научился дышать под водой, я стал чувствовать. Чувствовать время, чувствовать свои мышцы, чувствовать направление. Движения мои стали очень экономны и как бы это сказать, более точны, точнее отточены, я научился предчувствовать атаки моих визави и вовремя на них реагировать, мой мозг начал работать быстрее, мысли стали точны, мышцы стали реагировать еще до того, как я сам осознавал опасность.
Я изменился. Не знаю в лучшую или в худшую сторону, но я стал другим. Пугало только то, что я стал, жёстче, что ли, хотя нет, скорее без эмоциональным. А вот это уже начало напрягать не по-детски.
